Голоса возрожденных

Как же различались острова между собой, – леса, степи, холод пиков грифу, светящиеся по?фы, так, словно их творец случайно помешался головой. Над лесами Э?ку, увешанными на пышных кронах красными плодами, высились великаны этих мест – толстоствольные могучие Торби?ты. Возле них ведунья походила на маленькую нерасторопную букашку, бредущую меж корней. Сотни паразитирующих растений оплетали их стволы, и среди них ею была примечена ядовитая белесая палманэ?я.

Забравшись по вздыбленным корням, урпи?йка сорвала несколько листьев этого растения, положив их в матерчатый мешочек.

Тенистые Торби?ты истекали янтарными смолами, нависающими на коре каплями размером с кулак. И все это так поражало путницу, что ее волосы то и дело вставали дыбом.

Тут и там мелькали представители разнообразной фауны. Семейство привезенных с Сици?ла туру расположилось беззаботными обитателями на ближних ветвях. Они никогда не позволили бы себе этого в лесах Кробо – паучьих зирда?нских землях. Туру, вытягиваясь и изгибаясь, по-обезьяньи завывали в противовес трелям сотен пернатых.

Здесь не было каменного леса грифу, не встречались толстоножные по?фы, а воздух полнился запахами цветов, растущих всюду. Иногда Фендо?ра забывалась, дивясь всем этим, не беспокоилась о Ли?бусе, о своих сестрах по?фовой горы, но эти периоды были кратковременными и приносили облегчение лишь на мгновение.

Она сбежала подальше от погребальных костров, дабы не погрузиться в еще большее отчаянье, но еле заметные запахи от горения дров и древесной смолы, приносимые ветром, предательски возвращали ее к песчаному побережью.

Дальше Торби?тов провалами, берлогами, уходящими в недра каменной тверди, в земле зияли колониальные пещеры. Возле одной из них мостилась каменная плита высотой вдвое больше рабыни. Подойдя к ней, Фендо?ра заприметила ами?йские письмена, сложенные в длинное напутствие:

«Трудом мы выстелем дорогу для наших будущих детей.

Потомки будут нас мудрей и подойдут к тому порогу,

Что назовут свободой дней».

Это была малая толика того, что ей удалось прочесть. Язык краснокожего племени был сложным, но глубоким.

За пещерами, огибая массивы древесных корней, тянулись новые замшелые тропы. По ним Фендо?ра таки и добралась до термальных источников. Ей даже не пришлось разворачивать рукописную карту торговца, где на желтом пергаменте путь пестрел красными линиями и узнаваемыми зарисовками.