Голоса возрожденных

Эти кострища тянулись по всей береговой линии, но ни Сэл, ни Фендо?ра не знали, что они были погребальными. В одном из таких виднелась не догоревшая голова богини Депоннэ??и[10 - Депоннэ??я – в ами?йской мифологии богиня, несущая погибель всему живому.], хмуро смотрящая на застывших над ней наблюдателей.

– Богиня смерти, – сказала Фендо?ра. – Ами?йцы[11 - Ами?йцы – красноликий народ, живущий на острове Ка?тис.] сжигают ее изваяние, когда намечается великая охота.

Девушку не интересовала великая охота, а лишь то, что вокруг было странно тихо.

– Где же все люди? – спросила она, озираясь по сторонам. Фендо?ра не понимала, кто такие люди, но так как Сэл была иноземкой, наверняка людьми она называла народность ами?йцев.

– Ами?йцы, их зовут ами?йцы, – поправила рабыня. – Они красноликие почитатели птицы думает, а еще охотники и члены Священного Союза.

– О боже, – вздохнула Сэл. – Дай сил не сойти с ума он бесчисленных названий.

Она всматривалась в кострище, в очертания обугленной деревянной головы, моля, чтобы все это закончилось.

В ее руках, зажатый крепко-накрепко, чернел Ба?ргский нож, важное оружие, если верить поверженной ведунье.

– Ты знаешь, что это? – вопрос, адресованный рабыне, давно зудел в девичьей голове и вот сорвался с губ.

Фендо?ра на секунду приметила нож, а затем отвела взгляд в сторону, будто этот предмет принес ей много горя.

– Отчего же не знаю, – ответила она. – Символ власти Ба?рга Сизого.

Рабское сердце забилось намного чаще, почувствовав все опасения страдающей девушки, застывшие ледяной коркой на бледном лице.

Такого ответа было недостаточно, и Сэл, заглянув в умудренные жизнью глаза, потребовала объяснений.

– Для чего же он нужен? – сошло с обветренных губ.

– Сохрани его, – попросила Фендо?ра. – С ним мы сможем лишить Ба?ргских детей будущего. И низвергнуть в ту же тьму самого Ба?рга. Пока знак власти белого цвета, как тело Фа?лкса[12 - Фа?лкс – шестидесятилетний правитель-альбинос сэ?йланжских земель.

], он дает право быть орбу?том. Нож почернел, и его ничем не отбелить, а значит, время власти его хранителя сочтено.

«Такова была воля Ги?рды, – подумала Сэл. – И я исполню ее».

Прибрежный ветер трепал их волосы как озорное дитя, качая измотанные тела из стороны в сторону. Две серые, понурые фигуры, будто тот же пепел, уносимый вдаль.

Девушка, обернувшись, обозрела бухту Лату?, приметив на Гесса?льских водах контуры корабля.