Тайна Нефертити

Под своими именами публиковаться женщинам нельзя, поэтому все три взяли псевдоним – фамилию Белл, приписали к ней разные мужские имена и отправили в редакцию.

Все три романа увидели свет и стали прорывом в английской литературе. Критики их ругали, а читатели читали. Скупали из книжных лавок и требовали новых тиражей. Строили домыслы, Белл – это один человек или разные.

Девушки недолго и неудачно пробовали себя в роли гувернанток, а потом вернулись домой и всю оставшуюся жизнь прожили в поместье. Похоронили спившегося брата, ухаживали за слепым отцом, никуда не выезжали из деревни.

Только одна дожила до 38 лет, успела выйти замуж, уехать из поместья и узнать, что ее роман стал популярным, забеременеть и через год умереть, не успев родить. Это были сестры Бронте. Эмили Бронте, написавшая «Грозовой перевал», Энн Бронте – «Агнес Грейс», и Шарлота Бронте – «Джейн Эйр».

Сейчас это классика английской литературы, по ней снимают фильмы и ставят спектакли».

Я дошла до третьей главы, когда вернулись мама с тетей Розой.

Они о чем-то увлеченно разговаривали.

– Доча, привет! Как вы съездили? А мы с обновками! – радостно сказала мама.

– Хорошо съездили, Лиля взяла заказ, сегодня дома творит. По- том еще поедем и Нил тоже с нами. Показывайте обновки.

Мама с тетей Розой купили по платью, туфлям и сумочке. Оказывается, завтра они идут на Благотворительный бал, обновки именно для него.

–  Где вы сегодня были? – спросила я.

– Мы ходили на выставку художников-натуралистов, потом пообедали и были на концерте «Квартет саксофонов», – сказала тетя Роза.

– Ты знаешь, что мы сегодня узнали? – сказала мама. – Оказывается, картину Шишкина «Утро в сосновом лесу» написали два художника. Иван Иванович изобразил невероятно реалистичный лес, а медведей написал его друг – Константин Савицкий. Подписи на картине поставили оба художника. Вот только покупателю – Павлу Третьякову – это не понравилось: «Я покупал картину у Шишкина. Почему еще Савицкий?» Он собственноручно стер подпись Савицкого.

Но подпись стерлась не очень хорошо, сквозь коричневое пятно, приглядевшись, можно увидеть подпись Савицкого.

– Вот это да, я этого тоже не знала, – удивилась я.

– Вот и мы сегодня узнали, – сказала мама.

–  Сколько еще всяких тайн в галереях.

–  Пойдемте все ужинать, – позвала тетя Роза.

Она будет нас кормить. О, господи, хоть бы это было что-то простое без авторской изюминки.

Но Бог меня не услышал, это я уже поняла по запаху.