Египетские хроники. Скипетр света

Даже ее муж Рамзес II написал о них стихотворение своей любимой супруге.

– Чего ты хочешь? – обрываю его рассуждения. А нечего ко мне подлизываться.

Азраэль с довольным видом отпивает еще глоток чая и отставляет чашку в сторону.

– Время твоего брата вышло. Полагаю, ты в курсе.

– Это просто обострение. Через несколько дней ему снова станет лучше, – пренебрежительно откликаюсь я. Не позволю ему увидеть боль, которая разрывает мне сердце от этих слов. Ни в коем случае.

– Последний рывок, я бы сказал.

Его душа готова уйти, но дух не хочет оставлять тебя одну.

– Его дух сильнее, чем тело и душа, – в отчаянии заявляю я. – Малакай борется. Ты не получишь его душу.

– Это не мое решение.

– Тебя прислал Осирис? Не многовато ли усилий ради одного человека?

Каждое слово обжигает мне горло. Осирис правит миром мертвых и вместе с тем является одним из аристоев. Пока брат, Сет, его не расчленил, он руководил девяткой главных египетских богов, Эннеадой, куда входят древнеегипетские божества-создатели.

Азраэль расслабленно делает еще один глоток чая.

– Да, прислал, – помедлив, подтверждает он.

– Так почему же ты просто не заберешь душу Малакая? – Пальцы у меня дрожат так сильно, что приходится поставить кружку, чтобы не расплескать чай. Мне хочется схватить ангела и потребовать, чтобы он исчез отсюда, но я лишь вонзаю ногти в ладони.

Азраэль поднимается и направляется к окну. Мимо меня проносится облако его аромата. Это тот же запах, что и вчера вечером.

Запах пустыни после одного из редких ливней. Свежий и одновременно пряный. Странно, насколько мне известно, парень предпочитает жить в Лондоне.

– М-да, почему же я просто ее не заберу. Хороший вопрос. – Он разворачивается ко мне, но облокачивается на подоконник. Позади него высокие клены покачиваются на ветру уходящего лета. Еще немного, и они потеряют все свои листья. – Есть кое-что, чего Осирис желает сильнее, чем душу твоего брата.

У меня внутри все напрягается от этих слов.

– И что же это?

– Аристои ищут одну вещь, которую мы потеряли уже очень давно, и по какой-то причине они считают, что ты сумеешь ее найти. – У Азраэля такой скептичный взгляд, что я понимаю: он это мнение не разделяет.

– Насколько давно? – хватаю я приманку, как собака – кость. Ради Малакая я бессмертным и звезды с неба достану.

Азраэль

Я внимательно рассматриваю сидящую передо мной девушку.