Египетские хроники. Скипетр света

Густые тяжелые синие волосы ниспадают по спине, и хотя это почти невозможно, она представляется мне еще более жуткой, чем стоящий рядом ангел.

– Ты ей не нравишься, – без надобности информирует меня Азраэль. – Но не расстраивайся. Ей в принципе не нравится ни одна особь женского пола, которая приближается ко мне больше чем на пару шагов.

Я презрительно хмыкаю:

– Если будет удерживать тебя подальше от меня, станет и моей лучшей подругой.

На этот выпад Азраэль никак не реагирует, просто открывая передо мной заднюю дверь.

Я в последний раз машу рукой Гарольду, не обращая внимания на обеспокоенное выражение его лица. Едва успеваю пристегнуться, как двигатель лимузина начинает урчать и машина трогается. Я остаюсь наедине с двумя нечеловеческими существами, которые способны раздавить меня как комара. Не слишком приятное ощущение.

Мы еще не миновали длинную, засаженную деревьями подъездную дорожку из Пикстон-Парка, а Азраэль уже открывает маленький холодильник, расположенный между сиденьями напротив нас.

– Хочешь чего-нибудь выпить? Бокал вина, например.

– Спасибо, нет. Я не пью на заданиях.

Он наливает себе бокал виски и, откинувшись назад, удобно устраивается в кресле.

– Ты еще не начала, так что не стесняйся.

Лучше бы предложил мне чего-нибудь поесть. Вернувшись домой во второй половине дня, я быстро перекусила, попросила Гарольда рассказать мне о нынешнем состоянии здоровья Малакая, а потом отправилась к брату. Если сейчас попробую алкоголь, то отключусь, плюс меня мучает джетлаг[7 - Джетлаг – синдром смены часовых поясов, связанный со сбоем суточных ритмов организма.

].

Чувствую на себе взгляд ангела, и хотя в машине довольно много места, кажется, будто воздух между нами уплотняется. Глазами ищу кнопку, которая опускает стекло, отделяющее нас от передней части салона. Конечно, она вне досягаемости. Отодвинувшись от Азраэля как можно дальше, прислоняюсь головой к прохладному окну. Мы молча едем по родным мне местам обратно в Лондон. Могла бы и не делать сегодня такой крюк.

Меня охватывает грусть. Как бы хотелось провести хоть одну ночь рядом с Малакаем. Но придурок рядом со мной шантажировал меня жизнью брата, и я ни на секунду не сомневаюсь, что он нарушит обещание, если ему это будет на руку.

– Ты тоже придаешь значение правильной форме обращения? У тебя есть титул? – задает он вопрос в тишину.

– Естественно. Но я требую так обращаться ко мне только от любовников и исключительно в постели, – ядовито откликаюсь я.