Кредо викканки. Знаки и знамения

Я буду бороться за Кирилла.

– Кое-что случилось. – Дедушка аккуратно разрезал морковку. – Нечто такое, на что я не рассчитывал. Селеста вернулась в Ардял. – В камине разломилось полено, и полетели искры.

– А где она была? – в замешательстве уточнила я. Я ничего не знала о событиях в Ардяле, потому что дедушка мне не рассказывал. Будь все иначе, я бы знала и о личности Николая.

– Никто точно не знает. Она пропала на много лет, – ответил он. – Я не сомневаюсь, что на протяжении этого времени она что-то затевала.

Что-то ужасное. Это означает, что мир хрупок, как никогда прежде, и мы должны сделать все, чтобы его сохранить. Каждый из нас.

– Этот мир всегда был просто иллюзией, – буркнула Лупа. – Нужно воспользоваться шансом и избавиться от стригоев. Одной проблемой будет меньше. Что мешает им заключить союз с Селестой? Они сейчас уязвимы, как никогда.

Избавиться от стригоев? Как же она планирует это устроить и почему? Я нахмурилась. Возможно, я все-таки не ошиблась, подозревая Николая в сговоре с королевой?

– Мы не будем никому объявлять войну, – так резко осадил ее Раду, что я вздрогнула.

 – Мастера ковенов решили не нарушать пакт.

Всего насчитывался двадцать один ковен, и у каждого имелись дочерние. Они были разбросаны по всему Ардялу и возглавлялись мастерами. Много лет назад они избрали нашего деда верховным жрецом. Эта задача стоила ему всего. Хотелось бы мне, чтобы в старости он мог наслаждаться миром, за который так сражался, но, очевидно, не суждено.

– Кто-то уже нарушил пакт, – скучающим тоном сказал Кирилл, – и теперь мертва еще одна викканка. Когда умрет следующая – вопрос времени.

– Что ты имеешь в виду? – спросила я и отложила приборы в сторону. – Кто умер?

Он не ответил, избегая моего взгляда. Вместо этого положил в рот кусок фенхеля и прожевал медленными размеренными движениями. В детстве брат терпеть не мог овощи. Мама шла на множество ухищрений, чтобы он время от времени ел хоть какие-нибудь, а папа всегда дразнил ее за попытки вырезать из морковки зверя.

Это воспоминание возникло так внезапно, словно кто-то вновь приоткрыл дверь в мое прошлое. Помнил ли об этом Кирилл? Я хотела бы поговорить с ним об этом, но он смотрел на меня как на чужого человека. Если заведу такой разговор, они с Лупой, наверное, меня засмеют. Я неловко поерзала на стуле. Меня тянуло дотронуться до Кирилла, убедиться, что это не сон. Мой брат никогда бы не вел себя так отталкивающе.