Легкое пёрышко. Как искорка удачи

 – Знает ли он о том, что заклинание сигил разрушено? Наверняка он вернется, как только узнает об этом.

– Я не могу с ним связаться. Он не берет трубку. Может, ты ему позвонишь? Видимо, он не хочет со мной разговаривать. – На ее колени капнула слезинка. – Я была так жестока с ним. Господи, как я могла так поступить? Он постоянно находился рядом, всегда заботился обо мне и ничего не требовал взамен. Я не должна попадаться ему на глаза, но не хочу, чтобы с ним что-то случилось.

Это было действительно странно.

Скай за всю свою жизнь никому не причинила боли. Из нас двоих она была более понимающей и сострадательной, уступала в каждой ссоре, и именно она теперь ранила парня, который любил ее всем сердцем. Но как бы ужасно это ни звучало, сейчас у меня не было времени беспокоиться об этом. В первую очередь мне нужно было сосредоточиться на спасении Рубина и Солеи. Речь шла о жизни этих двоих.

– Я позвоню ему, когда вернусь. Обещаю.

Я полагалась на Мерлина и на то, что он сможет защитить мою семью иным способом.

Скай кивнула.

– Наверное, он все же объявится, – с надеждой сказала она, вытирая слезы. – Иначе я сама к нему поеду.

– Этого ты делать не будешь, – решил за нее папа. – Мерлин сказал, чтобы мы оставались дома, пока он не организует для нас дополнительную защиту. Мы не можем его ослушаться. Фрейзер как-нибудь придет в себя. Все-таки он не первый молодой человек, не заполучивший девушку, которую любит. Он все еще ваш друг.

Мы со Скай обменялись взглядами, и я поняла, что моя подруга вот-вот сделает что-то глупое.

Если Фрейзер не выйдет на связь, она отправится к нему.

– Защита сигил на самом деле должна быть достаточно сильной, – продолжил папа. – Мерлин еще раз повторил об этом. Нас было семеро, и мы вместе сотворили заклинание. Интересно, что число «семь» имеет такое весомое значение даже в магическом мире. Оно есть число свершений, сложение трех и четырех, соединение духовного и материального.

– Папа, пожалуйста, давай без лекций, – умоляла я.

 – Сказал ли Мерлин что-нибудь важное?

– Только то, что он рад, что Кассиан не стал рисовать сигилу, потому что восьмая скорее ослабила бы, нежели усилила защиту. Впрочем, собственная сигила привязала бы его к нашему миру сильнее, и тогда он не страдал бы от изгнания. Не знаю, знал ли он об этом… – Папа поднялся с места, совершенно не обращая внимания на мое замешательство.

С чего бы Кассиану так поступать? Разве что, чтобы защитить меня.