Египетские хроники. Корона пепла

Пару раз я вроде бы замечала крылья в небе, но успевала вовремя спрятаться. Меня до сих пор слегка ужасают собственные физические способности. Я неимоверно быстрая и при этом почти невидима. Сейчас, находясь в Старом городе Иерусалима, чувствую, что силы мои на исходе. Меня мучает жажда. Жгучая жажда. И пусть близится полночь, на улице еще полно народа. Людей, которые пахнут свежей кровью. После побега я выпила лишь три пробирки, которые получила от Исиды. Готова поспорить, глаза у меня уже темно-красные. Кожа высохла, как бумага.

Где-то должна быть больница. Если получится пробраться туда, смогу запастись донорской кровью. Пока удается не набрасываться на живых людей, но долго я не продержусь. Инстинкт выживания возьмет верх.

Усевшись на невысокое каменное ограждение, я задерживаю дыхание и продумываю план. В меня врезается молодой человек. Хватаю его за руку, чтобы не упал, а он с виноватым видом смеется. Понятия не имею, что он видит в моих глазах, когда я невольно вдыхаю. Вероятно, желание. Но это не то же самое желание, которое отражается у него на лице.

– Милая, не стоит гулять по ночам одной. С тобой может что-то случиться, – говорит он.

Его приятели, на которых я раньше не обратила внимания, выкрикивают двусмысленные комментарии, и парень наклоняется ко мне. От него пахнет алкоголем, наркотиками, кровью и потом, и мне не удается подавить жадный рык от столь соблазнительного коктейля. Вздрогнув, парень отшатывается.

– Убирайся, пока с тобой ничего не случилось, – выдавливаю я.

Шарахнувшись назад, он осеняет себя крестным знамением и с каждым шагом отступает быстрее, пока не переходит на бег. Несмотря на это, я могла бы догнать его за секунду. Не могу больше сдерживать жажду. Парню повезло, что я себя контролирую. С таким голодом, как у меня сейчас, Сет и его магини и вправду могут купиться, если я притворюсь демоном.

Встав, я углубляюсь в лабиринт улочек. Когда кто-то задевает меня или хотя бы касается, прикусываю губу. Нужно всего лишь добраться до Стены Плача и найти вход.

В туннеле в такое время уже никого не должно быть. Там я окажусь в безопасности, и люди, соответственно, тоже. Внезапно ловлю на себе презрительный взгляд какой-то старушки, продающей в киоске христианские сувениры. Смотрю на нее в ответ. Женщина визжит и тоже крестится. Другие прохожие поворачиваются в мою сторону, а она бормочет на иврите что-то, примерно означающее: «исчадие ада». Невзирая на темень, торговка заметила мои красные радужки.