Сестра ночи

Я видела тебя в часы наивысшей слабости, и за это ты меня презираешь, не так ли?

Он избегал ее взгляда, и у меня вырвался вздох, когда зашипело убежавшее молоко, которое оставили на плите без присмотра. Аделаиза терпеть не могла напрасную трату продуктов, а я – запах сгоревшего молока.

– Я тебя не презираю. С чего ты взяла? – Он непонимающе наморщил лоб.

– О, ты же отлично это скрываешь. – Маэль сделала шаг по направлению к двери.

– Свои микстуры ты можешь смешивать и здесь. Скажи, что тебе понадобится, и мои люди раздобудут эту твою фигню.

 – Последние слова прозвучали настолько надменно, что меня бы не удивило, если бы Маэль влепила ему пощечину. Я и сама с трудом сдержалась.

– Пусть твои люди прополют сорняки или заново покроют крышу, мне все равно. Но они не будут рыться в моих травах. Мы сейчас же едем домой. Аарванд и так следит за нашим домом, больше соглядатаев нам не требуется. Мы не нежненькие беспомощные цветочки.

– При взгляде на тебя цветочки точно мне в голову не приходят. – Эйден запрокинул голову и сделал глубокий вдох.

Темные круги под глазами, в которых была виновна прошлая ночь, теперь заметно выделялись.

– Тебе стоит отдохнуть, – произнесла Маэль. – Ты никому не принесешь пользы, если рухнешь от усталости. С нами все будет в порядке.

Он издал смешок, но тут же его проглотил.

– У меня в любом случае не получится тебя переубедить, но, быть может, существует компромисс.

Мы в ожидании смотрели на него.

– Днем делайте что угодно, ради бога, но ночуйте в шато.

И это я обсуждать не собираюсь, – добавил он, когда Маэль раскрыла рот, чтобы возразить, и сократил оставшуюся между ними дистанцию. – Я не буду ставить на кон ни одну жизнь только из-за того, что ты ведешь себя как упрямый ребенок. – Он пальцем приподнял ей подбородок, вынуждая взглянуть на него. – Ты наша самая талантливая целительница, мы не можем позволить себе тебя потерять.

Пускай тем самым он признавал ее способности, эта фраза наверняка стала для нее как ведро ледяной воды.

Отпрянув от него, она промаршировала к входной двери. Между стыками старинной плитки проклюнулись зеленые лозы, которые быстро приобретали темно-красный цвет и оплетали каменный пол.

Эйден в недоумении уставился на стебель, обвивший его ботинок и удерживающий парня на месте.

Лоран, который в этот момент снова приоткрыл дверь и просунул голову внутрь, пропустил Маэль. Аделаиза, не обращая внимания на Эйдена, побежала к плите.

– Не самый умный ход, приятель.