Сестра звёзд

– Потребуется еще немного времени, – сказал Эш. – Нам осталось плыть не меньше трех часов, если ветер будет дуть так же хорошо.

В этом и состояла опасность нашей переправы. Капитан не хотел рисковать и запускать мотор, поэтому расправил паруса. И теперь мы перемещались тихо, но зависели от ветра и течения. Я опять подошла к перилам, крепко взялась за них и закрыла глаза. Попутный ветер остужал щеки. Домой. Я вновь увижу наш дом, наших друзей и Эзру. Изменился ли он? Он так долго был частью моей жизни, и потеряв его, я чуть не умерла.

Главным образом потому, что он так решительно вышвырнул меня из своей жизни. Я никогда не думала, что в нем есть такая жестокость.

Мне было двенадцать, а ему шестнадцать, когда вместе с родителями и старшим братом он переехал из Оксфорда во Францию, в шато – резиденцию Ложи Мерлина. Тогда его отца назначили великим магистром. Его мать, невероятно красивая и элегантная женщина, всегда угощала местных детишек молоком и печеньем.

Оба ее сына этого стыдились, и тем не менее они, как и их отец, ее боготворили. При виде их всех вчетвером я каждый раз немножко завидовала. В такой семье я мечтала жить со своими сестрами. Спустя год после их появления в Пемпоне мать Эзры внезапно исчезла. Если верить слухам, сбежала с другим мужчиной. Отец Эзры не смог смириться с этой потерей, и с тех пор его сыновья оказались предоставлены самим себе. Отличная причина для крутых вечеринок, которые они тайком закатывали в лесу Броселианд. В то время отношения Эзры с отцом становились все более натянутыми, потому что он был очень близок с матерью. От нее он унаследовал карие глаза и черные волосы. А от отца – прямой тонкий нос и высокие скулы. Его образ четко проявился перед моим внутренним взором. Я видела его прямо перед собой, как в нашу последнюю встречу. Его черты все еще казались такими же дерзкими? Те, кто не знал его хорошо, предположили бы, что он жесткий и хладнокровный, и возможно, не ошиблись бы. Эзра крайне бескомпромиссный. Я вспомнила его густые изогнутые брови, задумчиво сжатые губы и волевой подбородок. На самом деле удивительно, что наша дружба – или чем бы оно ни было – продлилась так долго. К моменту нападения на меня он уже учился в Париже, в Сорбонне. Но каждые выходные приезжал домой. Он навещал меня, учил кататься верхом, пока у меня еще хватало сил, присылал смешные сообщения и открытки со странными фразочками.