Тысяча жизней подряд. Вечности недостаточно

– К тому же существуют и худшие причины гибели, чем смерть от скуки, – ледяным голосом заметила я. Этой высокомерной курице не удастся меня запугать.

Фокс ободряюще подмигнул мне. До сих пор из этих троих он нравился мне больше всего, тем более что и выглядел он самым безобидным. Если только Странника можно было назвать безобидным. Интересно, они объявились здесь из-за этих Душелишенных, которые творили свои бесчинства на материке? Если да, то что они делали на острове? В отличие от нас, Просветленных, у Странников не было предназначения.

– Так отчего тогда ты удосужилась явиться к нам? – невозмутимо продолжала Клэр. – Неужели Седрик при встрече произвел на тебя столь неизгладимое впечатление, что ты сломя голову бросилась за ним?

Я сделала глоток чаю и закашлялась. Седрик подал мне салфетку, а затем легко похлопал меня по спине. Мне потребовалось мгновение, чтобы ответить.

– Я принесла письмо. Он ждал его.

Во всяком случае, так думала я. Меня несколько смутило то, что Седрик даже не обратил на него внимания.

– Когда она прибудет? – в наступившей тишине спросил Фокс. Расслабленного молодого человека как не бывало.

– Не знаю, – без особого энтузиазма пробормотал Седрик. – Я еще не вскрывал конверт. Он лежит в холле.

Фокс выглядел так, словно хотел вскочить и принести письмо, но он сдержал свой порыв.

– Мы ждем ее уже несколько дней, – проворчала Клэр. – Почему она посылает только письмо?

– Скоро узнаем. Сейчас у нас гость, – резко отозвался Седрик.

За стенами комнаты послышались приближающиеся шаги, которые эхом отдавались от мраморных полов коридора.

Такая уверенная походка не могла принадлежать молчаливому дворецкому. Я выжидательно подняла голову. Кто еще принадлежал к этому сборищу странных людей? Может быть, еще один Странник?

Мужчина, который как раз сейчас вошел в комнату, был высоким, не ниже ста восьмидесяти пяти сантиметров, и если бы я встала, то с моим ростом доходила бы ему максимум до широких плеч. Серебристо-голубой взгляд скользнул по мне.

Парень был одет в черные брюки, черную рубашку с серебряными запонками, и мне обязательно нужно было перестать смотреть на него. Но я не могла, потому что он выглядел просто сногсшибательно, даже с этой аристократически бледной кожей. Его небрежно причесанные волосы, которые создавали абсолютный контраст с его аккуратной одеждой, выглядели так, словно выгорели на солнце. Если бы здесь снимался фильм, то он должен был быть главным действующим лицом.