Королевство моря и скал

Я оглянулась на Омореса, который все еще наблюдал за моей сестрой, как будто хотел убедиться, что с ней действительно все в порядке, прежде чем заняться лошадьми.

– Значит, ты тоже это заметила, – произнес Талин, испугав меня.

– Что?

– Я полагаю, что наш капитан, возможно, положил глаз на твою прекрасную сестру.

Я повернулась к нему, уставившись во все глаза.

– Оморес? Невозможно. Он весь такой деловой.

Оморес подошел к лошадям, но неоднократно украдкой бросал взгляды на Зейди, собирающую хворост для костра.

– О боже, – сказала я. – Я думаю, что ты, вероятно, прав. Он ведь знает, что она влюблена в Сэми, не так ли? Вот почему она здесь.

– Он знает. И я не думаю, что у Омореса есть какие-то планы жениться. Большинство членов королевской гвардии не делают этого.

– Если он думает, что она из тех девушек, которые могут предать…

Талин усмехнулся и похлопал меня по плечу.

– Остынь. Нет. Я думаю, он просто покровительствует ей.

– Он никогда не вел себя так по отношению ко мне, – пробормотала я, когда мы шли к лагерю.

Талин ухмыльнулся.

– Но ты никогда на самом-то деле и не нуждалась в защите.

? Хм.

– Кроме того, – добавил он, прижимая меня к себе, – он все время знал, что если кто-то и попытается защитить тебя, то это буду я.

Я улыбнулась и поцеловала его в щеку.

– Возможно, мне и не нужна защита, но я дико нуждаюсь в массаже плеч.

– Уж с этим, – произнес он с усмешкой, – я справлюсь.

8

На четвертый день Зейди приспособилась к жизни на суше.

Ее ни разу не тошнило так, как меня, что, вероятно, объяснялось тем, что мне пришлось всю первую поездку на суше провести в закрытой карете без доступа к свежему воздуху. Она всегда вызывалась заняться готовкой во время наших ночных привалов, в то время как я предпочитала расседлывать лошадей и чистить их. Особое внимание я уделяла Титании, которая доказала, что является необычайно сообразительным и преданным животным.

– Это противоестественно, – бурчал Григ, указывая на Титанию, следующую повсюду за мной по лагерю, что стало ее привычным занятием по вечерам.

Я подозревала, что она бы с радостью спала возле меня, хотя даже Талин возражал против этого. Он объяснял это тем, что она могла перевернуться ночью и раздавить меня, но я-то знала, что причина крылась больше в том, что только ночью мы могли быть с ним вдвоем. Он не хотел делиться мной ни с кем, даже с лошадью.

– Оставь ее в покое. – Я протянула Титании огрызок яблока. – Она просто любит меня.