Субстанция

Уланов едва успел уклониться от падающих осколков стекла и в изумлении уставился на предмет, которым протаранили окно – обычный булыжник весом не менее пяти килограммов. Матвей глянул в разбитый оконный проём, изумившись ещё больше: на улице по-прежнему не было абсолютно никого, и только чей-то злорадный смех, казалось, донёсся со всех сторон одновременно, словно вся улица, весь город были пронизаны смеющимися динамиками. И ничего, кроме смеха.

– Теперь сообразили, что к чему, дорогой книголюб? – с издёвкой спросил Яков.

– Что же нам делать? – Этот вопрос прозвучал наивно и бессмысленно, поскольку гость библиотекаря выглядел немногим более уверенно, чем он сам.

Не дожидаясь ответа Якова, он направился в сторону ближайшего книжного шкафа и начал просматривать книги одну за другой. Между тем мясник занял пост у разбитого окна, держа наготове свой тесак.

– Если бы только у вас вместо книг была хоть пара карабинов, мы бы сразу разобрались с ними, – с досадой проговорил Яков.

– Может быть, стоит вначале узнать о наших противниках побольше из книг, чем наобум палить по ним из ружей и пистолетов, – возразил Уланов. – Может, сразу сбросим на них ядерную бомбу?

– Ну, так о чём расскажут ваши мудрые тома? – отозвался Яков без особого одобрения.

Матвей разложил перед собой на столе несколько книг.

– Признаюсь, полезных сведений на эту тему очень мало, – ответил он. – Но кое-что всё-таки имеется. Полезно это или нет, судите сами.

В первую очередь, мы должны иметь в виду, что невидимок как таковых не существует!.. – Уланов с излишним пафосом продемонстрировал Якову потёртую книжицу с броским названием: «Человек-невидимка». – Вот одно из немногих и, пожалуй, самых лучших произведений на эту тему, написанное около ста лет тому назад. Не читали?

– Детские байки, – презрительно проговорил Яков.

– Байки, сказки, да, но с научным подходом, – поправил Матвей. – К сожалению, все прочие сведения о невидимости можно отнести только к числу паранормальных, или сверхъестественных явлений.

Например, в изданиях по парапсихологии бытует понятие – психокинез, которым и объясняются подобные вещи. Именно психокинез способен объяснить то, что мы с вами чувствовали и видели: каменные «дожди», потусторонние голоса и даже удар невидимой рукой. Ведь вам досталось от невидимок?

– Да, и ещё как! – поморщившись, ответил Яков.