Субстанция

Сжав зубы от ужаса и злобы, Уланов направил ствол миномёта на вертолёт и закинул снаряд в дуло. Один хлопок – и воздушный железный монстр разлетелся вдребезги в вихре огня и оплавленных осколков. Матвей успел дать газ на своём тягаче, прежде чем останки вертолёта не погребли под собой целую улицу города.

Архивариус уже знал, что он будет делать дальше. Он снова отжал рычаг с пометкой «вниз» и теперь просто следил за ходом стрелки циферблата времени. Одно деление – всего лишь год.

Он видел, как мимо мчались дни, словно кинолента с бешеной скоростью вращалась вспять.

Матвей даже не успевал замечать, как сменялись времена года, обдавая его то холодом, то жаром – и всё, конечно, в обратную сторону. Он попытался было вести счёт уходящим годам, пока дни, недели и месяцы не закрутились хаотично, словно на диске заезженной пластинки.

В конце концов Матвей представил себя героем бессмертного романа Уэллса «Машина времени», хотя предназначение машины, откровенно говоря, было совсем иным и к путешествиям во времени имело очень слабое отношение.

Уланов старался вести счёт дням вполне целенаправленно. Перед его мысленным взором постоянно стоял Яков. Старого мясника произвели на свет около пятидесяти лет назад в этом же городе – благо, далеко ходить не надо. Он родился в семье мясника и, возможно, дед его тоже был мясником. Но, насколько знал Матвей, лишь один Яков из всего своего мясницкого сословия появился на свет с репутацией редчайшего маньяка и злодея. Однако страшно было даже не столько это, сколько то, что Яков стал «невидимкой».

И более того, он стал страшнейшим из невидимых головорезов, каким не место на Земле.

Матвей был не совсем уверен, что сделает то, что задумал, но мысль избавиться, наконец, от Якова была более чем навязчивой. Он остановил двигатель времени, когда стрелка на циферблате известила, что он вернулся на пятьдесят лет назад плюс полтора-два месяца. Он нарочно их выждал, чтобы не ошибиться.

Поздней летней ночью Уланов остановил тягач недалеко от дома семьи мясника.

В окне скромной деревянной постройки горел свет. Спустя несколько минут отворилась входная дверь, и на крыльцо вышла молодая женщина в просторной ночной рубашке. Её высокий силуэт слегка искажал большой выпертый живот – женщина была беременна.

Она посмотрела на тихое звёздное небо и с минуту неотрывно изучала полную луну. Затем женщина, не заметив Матвея, вернулась в дом и плотно прикрыла за собой дверь.