Чучело рыжего кота

У входа на лестничную площадку он ещё раз обернулся и увидел, что Мими стоит всё на том же месте и пристально смотрит ему вслед. Он улыбнулся, но на её лице не дрогнул ни единый мускул. Она словно бы уснула стоя. Пожав плечами, Зигмунд вышел из коридора и стал подниматься наверх.

Миновав лестничную площадку, он оказался на втором этаже. Зигмунд ожидал увидеть перед собой такой же длинный, узкий коридор, какой он видел на первом. Но здесь всё было иначе. Перед ним были только две абсолютно одинаковые двери, на каждой из которых висело по табличке с номером тридцать семь.

Зигмунд остановился, удивлённо глядя то на одну, то на другую дверь.

«Что ещё такое? Какая-то шутка, что ли? Почему здесь две тридцать седьмых двери? И почему здесь нет больше дверей?».

Устав от странностей этого дома, он просто взял и постучал в ту, что была справа.

«В конце концов, – подумал он, – даже если я ошибся, в этом нет ничего страшного: второй раз уже не ошибусь».

Дверь открыли так быстро, будто бы с той стороны уже давно ждали его стука.

Зигмунд даже вздрогнул от неожиданности. Из открытой двери повеяло сквозняком. В дверях стояла женщина, державшая за руку плачущего ребёнка. От её неприветливого, пристального взгляда Зигмунд несколько растерялся.

– Чего вам? – спросила она, не сводя с него своих тёмных, почти чёрных глаз.

Она была молода, хороша собой, но выглядела очень уставшей.

– Здравствуйте. Скажите, здесь ли живет Мария? – как можно вежливее произнёс Зигмунд.

Ребёнок заплакал ещё громче и стал вырываться из рук женщины.

– Входите, – сказала она, пытаясь удержать капризного мальчика.

Зигмунд оказался в широком помещении, освещённом рассеянным жёлтым светом. Он обнаружил, что здесь нет множества дверей, как на первом этаже дома. Те, что были здесь, совсем не походили на входные двери квартир. Скорее, они напоминали двери комнат одной большой квартиры. А самое интересное – здесь не было прямого коридора. Комнаты, похоже, располагались хаотично, либо по какой-то необычной схеме, которую нельзя понять с первого взгляда.

Стены и двери причудливо смешивались, образуя какой-то загадочный лабиринт.

– Простите, – осматриваясь, медленно начал говорить Зигмунд. – Это что, всё – одна большая квартира?

Женщина пыталась вытереть ребёнку нос подолом своего платья, но тот вырывался и всё плакал.

– Почему это вас интересует? – неприветливо спросила она, не глядя на Зигмунда.

– Простите. Я не должен был спрашивать.