Сны о красном мире

Поэтому, вместо того чтобы кричать и плакать, и просить о снисхождении, как поступила она вчера, Милена просто повернулась к нему спиной и вышла на балкон.

Внизу оказался огромный внутренний двор, в котором был разбит парк. Трава, деревья, кусты – все было разных оттенков красного. И небо. Затянутое облаками небо тоже было красным. Внизу, под балконом – он находился где-то на высоте третьего этажа – раздались приветственные крики.

Их было трое, разодетых молодых щеголей, выкрикивающих что-то. Судя по наглым физиономиям, они отпускали сальные шуточки и мерзко так улыбались, ожидая ответной реакции.

Противные улыбочки быстро сползли с их лиц, и по шороху одежды за своей спиной Милена поняла, что дан Глисса тоже вышел на балкон. Поприветствовав своего лорда, нахальное трио поспешило ретироваться. Девушка еще некоторое время смотрела им вслед, а потом повернулась к дан Глиссе.

Лорд улыбнулся. Улыбка была почти приятной, а глаза излучали доброжелательный интерес. Лорд-протектор что-то сказал и протянул Милене свою ладонь, на пальцах которой сверкал кроваво-красными искрами камней золотой браслет.

Девушка невольно потянулась к украшению – ей никогда не дарили ничего подобного – но сообразив, какой платы мог потребовать от нее хозяин браслета, тут же отдернула руку. Дан Глисса оказался быстрее. Легким неуловимым движением он застегнул сверкающее украшение. Потом снова улыбнулся и ушел в комнату.

Милена осталась на балконе, смотрела на свое запястье и вместо рубинов, оправленных в золото, ей виделись железные кандалы, в кровь стирающие руки.

7

Кайл открыл глаза. Над столом, в углу, привычно засветился коэн, заливая комнату, скорее, келью, мягким белым светом. Солар не торопился вставать – это был своеобразный маленький бунт против предписанных ему ежедневных занятий с короткими перерывами на еду и сон. Вот уже два месяца, как он сидит в этом каменном отнорке, словно какой-нибудь Старший Ученик, готовящийся к своему первому Посвящению.

Кайл проходил Посвящение четыре раза. Он четырежды сидел в такой же норе, если даже не в этой. Все комнаты Испытаний были точными копиями друг друга, и Солар был уверен, что там, за стеной, кто-то точно так же каждый день просыпается, сидит над книгами, нервно ждет чего-то, ест без аппетита то, что приносят, и беззвучно вопрошает кого-то внутри себя о том, что будет завтра.

Чем выше была ступень Посвящения, тем труднее было Испытание.