Сны о красном мире

– Сфера не дает нашей расе погибнуть…

– Сарон, ты ослеп и растерял всю свою проницательность! – эмоции прорвались наружу, и сдерживать их не было ни сил, ни желания. – Неужели ты думаешь, что полторы тысячи лет жизни здесь сделали сойлийцев такой же неотъемлемой частью Тер, как любое живое или неживое создание этого мира? Мы пришельцы, Сарон! Чу-жи-е! Думаешь, это временное явление, что половина наших женщин не способна родить даже одного ребенка? Ответь мне, как часто ты присутствовал на церемонии в Углу Сердца за последние двадцать лет? Вырождение – вот медленный, но верный способ избавиться от паразитов, коими мы являемся, по трезвому рассуждению.

Раса Сойла умирает, Сарон, и тебе известно это не хуже, чем мне, а Сфера только продлевает агонию. Наше присутствие губит этот мир, разъедает его изнутри, как кислота. Еще лет десять или пятнадцать – и начнется такое!

Всезнающий закрыл лицо ладонями. Он сидел так некоторое время, потом выпрямился и посмотрел на ошеломленного Мастера Света.

– Прости, я сорвался…

– Варнор, – перебил его Сарон, – неужели все настолько плохо?

– Как давно ты был на Нижних уровнях? – вместо ответа спросил Всезнающий. – Стены стали пористыми и мертвыми. Появились провалы. Но это все ерунда, а вот если спуститься глубже, в старые штреки… Там полно дыр, из которых сочится туман. Его щупальца пролезают отовсюду, он, как хитт паутиной, окутал Сойл шевелящимися отростками. Снаружи гора стала похожа на огромное облако.

Туман разлился далеко окрест и почти достиг Иллая. И вот что самое странное: наш ребенок, даже крошечный, едва научившийся ходить, ориентируется в нем так, словно всю жизнь провел в этой липкой паутине, а любой несойлиец тут же теряет самообладание, бросается в панику, иные так вообще впадают в полубессознательное состояние от ужаса. Не значит ли это, что туман – наше невольное порождение?

– Но он, насколько я помню, всегда окружал Сойл.

– А знаешь, – Всезнающий наклонился вперед и впился глазами в лицо Мастера Света, – когда-то очень давно его не было вообще.

Он впервые появился лет через триста после того, как наши праотцы поселились на Тер.

Сарон всегда считал себя достаточно уравновешенным человеком, не паникующим даже в самые критические моменты, но после всего услышанного в его сердце ледяной иглой воткнулся страх. И, похоже, надолго.

– Но что же он такое, этот туман? – спросил Мастер Света и посмотрел на Варнора.