Желай осторожно

А почему вы так им интересуетесь, моя птичка?

– Но ведь он мне так помог, – невнятно отговорилась я, ответственным местом чувствуя, что позор таки может случиться.

– О да! Несомненно. Не окажись он и его люди рядом, с вами могло случиться ужасное! И хоть это не вернет вам вашу погибшую тетушку, фрейлин и слуг, будьте уверены, радость моя, все виновные в нападении в скором времени будут казнены. Гонец с письмом вашему батюшке отправился еще вчера. Я взял на себя смелость сообщить, что вы в порядке и под моей защитой.

 – И опять ручки целует. Фетишист.

– А что, у вас так принято, всех своих случайных чад признавать? – не унималось подсознательное, стремясь докопаться до истоков.

– Конечно, нет, и в этом Казския мало чем от княжества Мезерер отличается. Но у Анатоля еще в детстве проявился редкий родовой дар, поэтому его воспитывали, как принца. И титулы все полагающиеся он получил, но не только благодаря своим исключительным способностям. Он весьма умен.

Думаете, он занимал бы должность канцлера, не будь у него соответствующих качеств?

– Вы сейчас про мерзкий характер?

– Вы так остроумны, моя дорогая, – заулыбался Вениан. – Однако, вот и второй танец. Теперь – только со мной.

Принц загадочно заблестел глазами и повлек меня в круг танцующих.

Позора не случилось и на сей раз, что могло указывать либо на то, что он не случится вообще или случится такой, что обморок не поможет.

5

После танца принца отвлекли.

Я воспользовалась моментом и протолкалась к фуршетным столикам. Зрелищ и впечатлений у меня уже было завались, и организм начал настойчиво требовать хлеба.

Вот это я понимаю уровень! Почти все, что лежало на тарелках, я видела впервые и не знала, как назвать, но выглядело все так, что попробовать хотелось сразу и много. Порции были птичьи, на один укус, но воспитанная на программе «все включено», я набрала на тарелочку разного и, пристроившись в уголочек с цветочной композицией на чудом не занятую скамеечку под ней, воздала должное греху чревоугодия.

– Ну и как это понимать? – поинтересовались у меня с высоты хрипловатым баритоном.

– Что «это»? – в свою очередь спросила я у стоящего передо мной канцлера. К слову, ракурс был интересный: он стоит, я сижу, скамейка не сказать чтоб низкая, но и не высокая… Представили, да?

– Скоро третий танец, а твоя светлость жрет.