Золотая клетка для трясогузки

Уйдя в мир фантазий, я полностью потеряла счёт времени. Я выписывала слова, глубоко проникаясь их смыслом. Вот они, идеальные фразы, идеальный полет мысли. Я так долго хотела поймать этот момент.

Взяв тетрадь в руки, прочитала стих целиком. Всё мысли записаны, никуда не денутся. Я с удовлетворением осмотрела аудиторию. В классе повисла тишина. Я напряглась. Сев удобнее, посмотрела на Константина Витальевича, но его не было за учительским столом. И тут над моим левым ухом раздалось короткое покашливание.

Медленно повернув голову и нервно сглотнув, я не успела ничего предпринять, как Константин Витальевич выхватил раскрытую тетрадь.

Он читал стих, не выражая никаких эмоций. Я смотрела на него с негодованием. Понятно, что писать стихи на парах не положено. Но брать мои вещи без разрешения и уж тем более читать мои стихи – непозволительно.

«Да как он посмел!» – Я зло смотрела на мужчину, а он лишь смерил меня взглядом и, нахмурив брови, спросил:

– Сама написала?

«Нет, к соседке сбегала, ну или в другую группу сходила!» – хотелось ответить мне, но, вспомнив истину, что молчание – золото, я сдержалась.

И всё же мои мысли, вероятно, отразились в выражении лица, так как Константин Витальевич вдруг улыбнулся и сказал:

– Прекрасный стих, можно зачитать всей группе.

И это не было вопросом! А я уже была готова зарычать. Все мои однокурсники оживились и смотрели на Константина Витальевича с обожанием. Правда, у мужской части обожание было вызвано не смазливой мордашкой преподователя, а тем, что у них появился повод оторваться от самостоятельной работы.

Лишь один парень смотрел на всю эту сцену скрестив руки на груди с ненавистью и презрением, но любопытство уберегло его от поспешных неверных шагов.

Профессор посмотрел на меня с интересом, а я не придумала ничего лучшего, чем тут же выбежать из аудитории, даже не собрав свои вещи.

Тут картинка смазалась и поплыла – то ли от слез, то ли от сценария сна. Интерьер и действующие лица сменились за считанные секунды.

Я сидела в подвале за компьютером.

Всё казалось абсолютно реальным. Я работала над проектом, который давно уже пора было заканчивать… Но мой стих! Как он мог, как посмел! Скрипя зубами, я писала. Но тут мне помешал друг – он принес кофе и начал подбадривать. Потом вновь всё стало размытым.

Стою у открытого кабинета истории, думала, идти или не стоит рисковать. Разум подсказывал не ходить. Не вняв его совету, постучалась для приличия и, не дожидаясь ответа, зашла в аудиторию.