Атомный пирог

– А вот я бы покаталась, – сказала Пенси.

Думаю, она хотела побыть с Ронни, но и из общей компании стремилась не выбиваться. Так что сразу же добавила:

– Конечно, если б школы завтра не было.

– Школу завтра может отменить только атомная бомбардировка, – философски заметил Ронни.

– Эй! – сказал брат. – Не шути так. С такими вещами не шутят.

Брат и до армии очень серьёзно относился ко всяким таким вещам: ходил в «Добровольное общество контрпропаганды»; вместе со своим отрядом скаутов чистил район от горючего мусора – для предупреждения пожара при бомбёжке; даже курсы первой помощи закончил.

Ну, а после армии у него и дня не проходит без разговоров о красной угрозе. Честно говоря, меня это несколько напрягает. Где-то в глубине души я уже смирилась с тем, что ядерный апокалипсис рано или поздно наступит. И время, остающееся до него, я хотела бы провести с удовольствием. Не талдычить про безбожников за железным занавесом… и даже не учиться в дурацкой школе! А жить каждый день как сегодня! Слушать Элвиса… Видеть Элвиса… Трогать…

– Эй, а что в небе летит? Вон там, сзади? – вдруг спросила Пенси.

Мы все как один повернули головы назад…

Но ничего летящего не увидели.

Вместо этого прямо на наших глазах вдалеке вырос огненный шар. Через секунду наш с Пенси и Петси общий визг перекрыл грохот взрыва. Завыли сирены, залаяли псы за заборами. Заплакал ребёнок в соседней машине; его примеру сразу же последовал другой, находящийся за тонкой стенкой стоявшего поблизости люстроновского дома.

Сзади нас, недалеко от того места, откуда теперь повалил густой дым, остановились несколько атомобилей, еще пару секунд назад спокойно ехавших, как и мы, по своим делам. Возможно, дело было в том, что им пробили шины вылетевшее из окон осколки стекла. А возможно, они просто поняли, что ехать больше некуда.

Машины остановились.

Люди остановились.

Вся жизнь остановилась и разделилась «до» и «после»…

Ронни тоже нажал кнопку «стоп».

– Чёрт, чёрт, чёрт… – бубнил он.

– Началось… – шепнул брат.

– Скажите мне, что это не то, что я думаю! Скажите мне, что это не оно! – в слезах требовала Петси.

Пенси просто молча плакала под курткой, которой в секунду успела накрыться, упав под сидения.

А мне казалось, будто всё это происходит не со мной, не по-настоящему. В голове мелькнула мысль, что вот – конец, что теперь ничего уже не поделаешь и что зря была вся эта школа и вся эта подготовка ко взрослой жизни.