Собачий сын. Мистика и приключения

Через два дня закусь кончилась. Но – не хлебом единым жив русский человек! Выпивка тоже кончилась, надо пойти, пополнить боевые склады… Пока шел по коридору, глянул на себя искоса, отметил: «Похудел». Раньше бы порадовался, лишний вес мешал, а сейчас уже было все равно.

Поднимался обратно – стоит соседка Настя, смотрит недобро. Маша опять звонила, сказала, что собиралась вот—вот приехать, но неожиданно заболела мама. Просила передать, чтоб не переживал из—за машины, картошку и овощи знакомый обещал помочь привезти… Чтобы берег себя, не забыл заплатить за квартиру, а у нее все в порядке, и приедет, как только сможет.

Соседка все выпалила скороговоркой, потому что уже смутно понимала – бесполезно говорить. Укоризненно хлопнула дверью, оставив Щукина на площадке, пожираемого тяжкими мыслями.

Скорей, чтобы заглушить их, надо выпить.

Что—то даже не звонит никто… Ах да, скелет телефона валяется в углу.

Надо рыб покормить… Что—то грустные они какие—то. Может, им водки туда налить? Щукин не пожалел полбутылки для рыбьего счастья.

Должон быть и у рыб хоть когда—нибудь праздник!… Включил телевизор и аккурат на эротику попал. Какой—то мускулистый китаец по первой программе имел со страшной силой девицу с косичками, а девице лет тринадцать на вид, не больше! Совсем одурели, буржуи проклятые…

Выключил.

Но, как блоха, уже перескочила на Щукина идея какую—нибудь бабу подцепить. А то и поговорить не с кем, и вообще, сами понимаете. Вся жизнь прожита, можно сказать, под каблуком. Разве ж это жизнь?!… Все равно жены еще долго не будет… А тоска странная обуяла – сил нет.

Надо выйти в люди. Есть одна б… ская точка у рынка, кафешка вонючая. В былые дни обходил ее за версту, а сейчас, похоже, и податься—то больше некуда.

Побрызгался жениным дезодорантом прямо на пиджак, лицо умыл. Жених!

…Первая мысль, созревшая в мозгу, была стара, как мир. «Все бабы – суки.»

…Бумажник со всем, что там было, уперли. Только паспорт оставили, скоты. Нестерпимо болела нога, где—то в бедре, и голова – не помнил, кто и как доволок его домой, пьяного, почти без сознания.

Чтобы не валялся на тротуаре, как скотина. Ничего не помнил…

Четкими кадры воспоминаний были лишь до того момента, как Щукин присоседился к какой—то компании в кафе, налили по первой, по второй… Стерва молодая, крашеная, вилась вокруг, в табачном дыму. Подполковник сорил деньгами, шутил, вспоминал молодость и кидал алчные глаза на пышный зад незнакомки. За женщин!… Еще пили.