Зеркало тёмного короля

– А замужество – это как? – спросила Милайбрея. – Это как – любовь? – спросила она, подняв мечтательно глаза вверх, и как-то по-особенному выделила интонацией последнее слово.

Вопрос принцессы ввел нянечку в небольшое замешательство, но Милайбрея, не дожидаясь ответа, продолжила, как будто размышляя вслух:

– Полюблю ли я Эдгарда после свадьбы? – озадачилась принцесса и посмотрела на нянечку.

Та одобрительно улыбнулась и ответила:

– Я слышала, что принц Эдгард очень хорош собой.

Принцесса улыбнулась: ей явно понравилось услышанное.

Потом она опустила глаза, взяла нянечкины руки в свои, снова посмотрела на неё и, немного покраснев, сказала:

– Ты знаешь, нянечка, последние месяцы мне снится часто один и тот же сон.

Кормилица заинтересованно посмотрела на Милайбрею и, не смея перебивать её ни словом, показала полную готовность слушать. Принцесса, немного помедлив, оглядела комнату, где по-прежнему было много служанок. Так она дала понять, что не хотела бы, чтобы другие даже краем уха услышали её повествование.

Нянечка тут же поняла намек: сборы багажа принцессы всё равно уже были почти завершены, поэтому в остальных служанках уже не было необходимости, и нянечка, хлопнув дважды в ладоши, распорядилась, чтобы все покинули покои принцессы.

Как только последняя из служанок закрыла за собой дверь, Милайбрея принялась рассказывать:

– Снится мне, что я гуляю по лесу, но не в наших краях: деревья этого леса столь высоки и листва их так густа, что солнечный свет с трудом проникает сквозь них.

На мне белое платье, похожее на то, что я так часто надевала этой весной. Помнишь, нянечка? – на мгновение Милайбрея обратилась к ней, а потом опять погрузилась в свой рассказ. – Я одна в этом огромном, мрачном и в то же время сказочно красивом лесу. И то за одним, то за другим деревом появляется мужская фигура.

Этот человек следит за мной, но каждый раз, как я его замечаю, он исчезает, а потом снова появляется. Я чувствую его взгляд, и это ощущение так сильно, что кажется мне, как будто всё происходит на самом деле.

Тропинки в этом лесу нет – вот я подхожу к какому-то бревну, старому и уже давно заросшему мхом, перешагиваю его и вижу розу, лежащую рядом с маленькой лужицей. Я наклоняюсь, чтобы поднять её, и в этой лужице вижу своё отражение, но в нём я совсем другая, нянечка: лицо моё белое, волосы длинные и черные, а губы красные как эта алая роза, что лежит на земле.