Закон Благодарности. Ведьма

Даже особо ретивый к букве закона капитан стражи удивленно вскинул бровь.

– Почему ты вступилась за того, кто хотел твоей смерти? – переспросил принц, чуть склонив голову набок.

– Этот мужчина – муж моей подруги. От него зависит благосостояние и ее, и их дочери. Я не желаю ему зла.

Сказать честно, я покривила душой. Мне до жути хотелось увидеть, как этого мерзавца вместо меня привяжут к столбу и выпорют солеными розгами. Не будь он супругом Нани, я бы и сама с удовольствием ему всыпала. Но после экзекуции он мог слечь или остаться увечным, а это обрекало семью на нищету.

Даже врагу я такого не желала.

– Отпустите… Обоих!

Повеление наследника трона Брандгорда было исполнено немедленно. Толпа разочарованно охнула и схлынула с площади. Хекс благоразумно приказал небольшому отряду солдат проводить Нани и ее мужа домой, а сам подошел ко мне. Ни слова не говоря, расстегнул кандалы и разрезал веревки, а потом кивком позвал следовать за ним.

Мы вернулись к зданию караульни, из темных подвалов которой всего час назад меня вывели на казнь.

– Не знаю, кто был прав, а кто виноват, – начал командир стражи, – но надеюсь, что все мы не пожалеем о решениях, принятых сегодня.

С этими словами он протянул мне скомканный плащ, поясную сумку и бездонный мешок, жалобно звякнувший осколками. Я поблагодарила чиновника и поспешила убраться подальше.

Сумки я решилась проверить, только когда вышла за городскую стену. Торопливо накинув на озябшие плечи драный по краям, но все же теплый плащ, сунула руку в бездонный мешок.

Аккуратно достав осколки, я пересчитала оставшиеся зелья и мази. К счастью, разбилась лишь часть из них. Поясная сумка, где раньше прятался альраун, была пуста. На память от фамильяра осталась лишь пара листиков, выпавших из набедренной повязки. «Может, оно и к лучшему, зато малыш сумел спастись. Да и не так уж мы друг к другу привязались…» Я с сожалением вытряхнула листья на землю.

Врать себе особенно неприятно, но деваться некуда.

Хоть какое-то мнимое утешение! Вздохнув, я неспешно побрела в сторону родной деревни.

Дойдя до кромки леса, я час просидела у корней старой ели, издали глядела на городские шпили и пыталась осмыслить произошедшее. Натертые кандалами запястья и щиколотки ныли, я вскрыла одну из баночек с лечебной мазью и густо смазала больные места. Погода заметно испортилась, и тяжелые низкие тучи грозили разразиться первым снегом.