Сорвать маску

Обнажившись, опустилась за туалетный столик и стала вынимать шпильки из волос, распуская шелковистые локоны и наблюдая за Домиником в зеркале. Арабелла видела, как он, стащив фрак и жилет, бросил их на стул.

Она сидела на месте, приготовившись к неизбежному. Собирая остатки храбрости, чтобы вынести остальное. Но Доминик по-прежнему стоял на месте и не предпринимал никаких шагов к сближению.

Ее охватило беспокойство. Арабелла нервно сглотнула. Как поступает любовница в таких случаях? Ждет, пока ее покровитель не решит приблизиться к ней, или же идет к нему сама? Арабелла не знала ответа на этот вопрос.

Но чем быстрее все это закончится, тем лучше для нее. Рассудив так, она направилась к Доминику. Ей потребовалась вся сила воли, чтобы не прикрыть наготу руками и заставить себя выпрямиться перед ним, позволяя ему рассмотреть ее тело.

Его прикосновение было нежным, почти благоговейным, и она невольно вздрогнула от нахлынувших непрошеных воспоминаний о прошлом – о страсти и любви, царивших между ними.

Он погладил ее по волосам, скользнув к затылку, прикасаясь легко, словно крылья бабочки, вызывая приятное покалывание, тут же распространившееся по всему телу. Медленно, бережно он провел пальцами по ее шее сбоку.

Арабелла тщательно следила за выражением своего лица, чтобы на нем не отразилось ни единого чувства, склонила голову, позволяя Доминику ласкать себя. Он – ее покровитель и платит за это немалые деньги. Но Арабелла чувствовала бешеный стук сердца, под его умелыми пальцами горела кожа.

Ей захотелось плакать.

Рука опустилась ниже и легла на ключицу, поглаживая и лаская, а затем снова поднялась к шее. Арабелла пыталась справиться со сбившимся дыханием, борясь с подступившими рыданиями. Но, похоже, от этого становилось только хуже.

Доминик не произнес ни единого слова. Ни разу не взглянул ей в глаза, сосредоточившись на движениях своих пальцев.

Он замер.

Арабелла невольно задержала дыхание.

Затем медленно, дюйм за дюймом его пальцы опус тились к ложбинке между грудями.

И снова Доминик замер. Арабелла не понимала, кого он мучает, себя или ее. Если так пойдет и дальше, она этого просто не вынесет. Доминик накрыл ладонью ее левую грудь, под которой отчаянно колотилось сердце. Сосок уже заострился и ныл.

Арабелла уговаривала себя не отвечать на эти ласки, не реагировать на них. Доминик не любит ее. Она вспомнила, как он обошелся с ней шесть лет назад.