Инквизитор

Направляюсь к сифонящему паропроводу – увы, струя пара значительно опала и теперь из щели в трубе пробивается просто тонкая струйка.

– Погоди, – говорю ему, – это же от реактора, если я конверт суну – он фонить не начнёт?

– Начнёт. Но ты не парься – ты в скафандре.

– Я-то ладно, а вот кто его просто в руки возьмёт?

– Первая стадия лучевой – гарантированна, если долго читать будет. – Он усмехается. – Примитивы. Цифровыми протоколами пользоваться надо.

Мне это не нравится и я стараюсь уклониться от этого дела.

Мало ли что там, а может что-то личное? И вот кто-то получит дозу, читая это письмо. Не хорошо это.

– Пара мало, – говорю Бродяге. – Не хватит, что бы отпарить конверт.

– Хм…. Сейчас я реактор раскочегарю – будет тебе пар.

– А не рванёт? – Опасливо спрашиваю его.

– Не должно. Моща упадёт, да. Но нам и четверти сейчас хватит.

– Уверен?

– Нет, но уже начал. Суй конверт.

Струя пара резко толстеет и едва не выбивает конверт у меня из руки.

– Клапаном его, клапаном на струю клади, – советует мне Бродяга.

Вожу тыльной стороной конверта по струе… хлоп – клапан откидывается и струя пара отгибает его полностью.

Отхожу в сторонку и достаю из конверта сложенный вдвое листок. Обычный лист – без всяких там гербов, завитушек и прочей декорации. Разворачиваю и читаю:

«Дорогая и далёкая Любовь моя!…»

Чёрт. Ну точно – какой-то влюблённый олух пишет. Теперь его пассия точно светиться будет – и от счастья и от лучевой…. «….весь в любовном томлении… считаю каждый миг без тебя – вечностью… на тенистом берегу пруда… по лугам с сочной травой…» Бррр… только мимишных котят тут не хватает.

Обычные влюблённые сопли.

Кратко пересказываю содержание Бродяге.

– Ясно. Это всё ваши ферменты. Запечатывай. Не интересно.

Подношу конверт к струе и, немного подождав – запечатываю его, обеспечивая читательнице или читателю – кто его знает кому письмо шло, в наше-то время, лишние стадии лучёвки.

Возвращаюсь к конту и старательно запаковываю шкатулку обратно в упаковку.

Если не приглядываться – то и не вскрывали вовсе.

Закидываю свёрток внутрь и задраиваю крышку конта. Конт выглядит ужасно – закопченные края, оплавленная крышка с дырой, несколько, невесть как появившихся, вмятин по корпусу. Ну да – полное впечатление, что его вытаскивали прямо из эпицентра взрыва.

Возвращаюсь к рубке. По пути за мной закрываются двери, отсекая каждый пройденный отсек.

Перед дверью рубки замираю.

– Готов? – Спрашивает Бродяга.