Унесенные ветром. Том 1

– А ты откуда знаешь?

– Знаю, – отрезал Джералд, не собираясь распространяться о том, что эти ценные сведения добыл Порк и что Филипп отбыл на Запад по настоянию своей семьи. – Едва ли она так уж сильно была в него влюблена, чтобы не суметь его позабыть. Чего она там в пятнадцать лет смыслит в любви.

– Да они уж скорей отдадут ее за этого чумового двоюродного, чем за тебя.

Так что Джеймс и Эндрю удивились не меньше любого другого при известии, что дочь Пьера Робийяра будет выдана замуж за маленького ирландца из неведомых краев.

Саванна гудела за закрытыми дверями и строила догадки по поводу Филиппа Робийяра, уехавшего на Запад, но слухи не давали ответа. Почему прелестнейшая из дочерей Робийяра выходит за громогласного, краснолицего коротышку, который ей до уха-то не дотягивает, – это оставалось тайной для всех.

И сам Джералд так и не узнал толком, как это все получилось. Он понимал одно: чудо все-таки произошло. Впервые в жизни он вдруг притих и оробел, когда Эллен, очень бледная, но очень спокойная, положила легкую свою ладонь ему на руку и сказала:

– Я стану вашей женой, мистер О’Хара.

Для Робийяров это было подобно удару грома, хотя отчасти они и прозревали правду. Но лишь Эллен и ее нянька, ее Мамми, знали все про ту ночь, когда девочка, проплакав навзрыд, как ребенок, до рассвета, наутро встала взрослой женщиной и твердо объявила свое решение.

С нехорошим предчувствием передавала нянька своей юной госпоже надписанный чужой рукой небольшой пакет из Нового Орлеана.

Пакет содержал миниатюрный портрет Эллен – она с криком швырнула его на пол, а также четыре ее письма к Филиппу и краткое послание от новоорлеанского священника, извещавшего о смерти ее кузена в пьяной драке.

– Это они его отправили, я знаю, это все они – отец, Полин и Юлалия! Они заставили его уехать! Ненавижу! Ненавижу их всех! Я хочу уехать. Я уеду отсюда, чтобы никогда их больше не видеть, никого, никого, и этот город тоже.

Я уеду отсюда, и пусть никто и ничто не напоминает мне о… о нем.

На исходе ночи Мамми, выплакавшая все глаза над темной головкой своей хозяйки, принялась было ее урезонивать:

– Ну как же, детонька, ведь нельзя вам! И не сможете вы так сделать…

– Смогу и сделаю. Он добрый человек. Так я и поступлю. Или уйду в обитель в Чарлстоне.

Именно угроза уйти в монастырь и вынудила в конце концов Пьера Робийяра дать согласие на брак.