Поцелуй виконта

– Добрый вечер, миледи! – Он поклонился и поцеловал ей руку в перчатке, не отводя взгляда от ее серьезного лица, чтобы не смотреть на слегка оттопыривающийся вырез платья.

– Добрый вечер, милорд. – Она слегка наклонила голову с аккуратным пробором.

Тут он обратил внимание, что и перчатка не очень ловко обтягивает ее маленькую кисть.

– Как Томпкинс? – спросила она.

– Ему уже значительно лучше, хотя на несколько дней ему придется отказаться от работы.

– Рада это слышать. Но нам придется найти другого возницу.

Не возьметесь ли вы сами править лошадьми? – В ее красивых зеленоватых глазах заплясали веселые искорки.

– О нет! Я давно уже отказался от мечты стать кучером! Как выяснилось, это слишком опасная профессия.

– Неужели это более опасно, чем бороздить океаны, держа путь к необитаемым землям в поисках пауков?

– Но я никогда не осмелился бы командовать судном, предпочитаю путешествовать в качестве скромного пассажира, – возразил он, вызвав у нее мелодичный смех.

Только теперь он начинал понимать своих друзей, которые заводили кратковременные инт рижки с красивыми дамами, но все это длилось до тех пор, пока каждый из них не встретил ту единственную женщину, которой суждено было стать его женой.

А с Брикстоном произошло еще более странно – внезапно он понял, что его счастье может составить только девушка, живущая в соседнем поместье и знакомая ему с самого детства.

Но сейчас, глядя в смеющиеся глаза леди Элеоноры, он подумал, не та ли это женщина, которая предназначена ему самой судьбой.

Бромвелл строго себя одернул. Судя по всему, девушка находится в затруднительном положении, и, разумеется, он всеми силами постарается ей помочь, но в настоящий момент он не имел права связывать себя с ней узами любви.

– Ага, вот и ужин! – провозгласил Дженкинс. – Милорд, вы наш почетный гость, а потому ваше место во главе стола! – повел рукой хозяин.

Поблагодарив Дженкинса легким поклоном, Бромвелл занял указанное ему место, с облегчением отметив, что леди Элеонора будет сидеть в дальнем конце длинного стола, застеленного белоснежной крахмальной скатертью, где по такому случаю красовался драгоценный веджвудский сервиз миссис Дженкинс.

По дружной просьбе присутствующих он прочел молитву и приступил к ужину.

Правда, воздать должное яствам, приготовленным под руководством миссис Дженкинс, ему почти не удалось. Во-первых, его взгляд все время невольно возвращался к леди Элеоноре. Во-вторых, ему досаждали расспросами.