Магия шипов

Тысячи гримуаров мирно спали вокруг нее, бархатные ленты закладок трепетали меж их страниц, пока они похрапывали. В стеклянной витрине по соседству гримуар Четвертой ступени, называющийся «Антология лорда Фьюстиана», многозначительно прокашлялся, пытаясь привлечь ее внимание. Его нужно было хвалить вслух хотя бы раз в день, иначе он мог захлопнуться, подобно моллюску, и не открываться еще много лет.

Она прокралась вперед, держа свечу повыше. Все в порядке. Пора возвращаться в постель.

И тут ее настиг он – запах, который ни с чем не спутаешь.

Словно вернувшись на несколько месяцев назад, она снова стояла в читальном зале, склонившись над кожаным креслом. Ее сердце замерло и затем начало учащенно биться, оглушительно отдаваясь в ушах.

Эфирное горение. Кто-то колдовал в стенах библиотеки.

Она быстро задула свечу. Неожиданный стук заставил ее вздрогнуть. Она подождала, пока звук не повторился, на этот раз тише, почти как эхо. Теперь, догадываясь, в чем дело, она кралась вдоль книжного шкафа до тех пор, пока не показалась входная дверь библиотеки.

Створки были открыты и болтались на ветру.

Где же все хранители? Она должна была увидеть хоть кого-нибудь, но библиотека казалась совершенно пустой. Похолодев от ужаса, она направилась к двери. Хотя каждая тень теперь казалась зловещей, будто протягивающей к ней по половицам длинные пальцы, Элизабет обходила лунный свет стороной, не желая быть замеченной.

Боль пронзила ее босой палец, когда она была уже на полпути к выходу из атриума.

Что-то острое на полу укололо – что-то холодное и твердое, сверкнувшее в темноте.

Это был меч. И не просто какой-то меч – Демоноубийца. Гранатовый свет поблескивал на его рукояти во мраке.

Элизабет оцепенело подняла клинок. Прикасаться к нему было для нее чем-то непозволительным. Демоноубийца никогда не покидал пояса Наставницы. Она позволила бы ему исчезнуть с ее глаз, если только…

Со сдавленным криком Элизабет бросилась к фигуре, которая лежала на полу неподалеку.

Рыжие волосы прядями рассыпались в лунном свете, бледная рука распласталась на полу. Элизабет схватилась за плечо и, не обнаружив сопротивления, перевернула тело. Глаза Наставницы невидяще уставились в потолок.

Пол под Элизабет разверзся, библиотека завертелась в головокружительном водовороте. Невозможно. Это был какой-то дурной сон. В любой момент она могла проснуться в своей постели, и все стало бы как прежде.