Судьба принцессы

Протечек нет. Все двадцать два синих яйца жизнеспособны. Развиваются нормально. У Серых, согласно отчетам, замерло двое… – я запнулась. – Позвольте мне присматривать за Серыми тоже!

– Глупости, Ремильда! Чтобы принцесса и моя единственная дочь тратила свое время на безродные яйца!

Глава дома пробежался взглядом по моему отчету. Я скрежетнула зубами.

– Отец! Это не «безродные яйца», а чьи-то дети! Серые – наша основная рабочая сила. Для меня совершенно не трудно присматривать и за ними…

– Разговор окончен, Ремильда, – отец был непреклонен.

– Доченька, но ведь Серых яиц на несколько порядков больше… – начала было мама. – Одно дело следить за парой десятков, другое – за несколькими сотнями!

Вот как им объяснить, что замирающие яйца я чувствую издалека? Сколько раз говорила, не понимают! Но для этого мне нужен доступ к Серым инкубаторам.

– Я не намерен рисковать безопасностью благородных ради черни, – отрезал лорд Кайль. – Когда ты уделяешь все свое внимание Синим яйцам, это гарант их безопасности.

Повторюсь, – он посмотрел сурово, – я запрещаю тебе посещать Серую секцию инкубатора!

– Да, отец, – я встала и посмотрела в пол. – Позволите удалиться?

– Иди.

Я бросила взгляд на маму, но она никогда не смела спорить с отцом. Лишь ободряюще улыбнулась.

Оказавшись в коридоре, я сжала кулаки от негодования. Высказывать свое недовольство главе было почти всегда бесполезно, хотя он и был моим отцом. Я понимала, что лорд Кайль руководствуется безопасностью клана водных драконов, но как же это было тяжело – получать почти ежедневные отчеты о том, что яйца Серых замирают, а то и не по одному!

Конечно, в отличие от благородных, Серых гораздо больше.

Родители отдают в инкубатор яйцо, его подписывают и через год передают птенца матери. Если повезет и он выживет. Благородных же наперечет. Родители присутствуют при вылуплении лично и потом забирают птенца к себе.

Я неторопливо пошла по коридору, бросив взгляд на огромное водяное зеркало, льющееся с самого потолка по стене и уходящее через специальные отверстия вниз.

В нем отразилась совсем невзрачная драконица в тяжелом синем платье со шнуровкой – среднего роста, худенькая и черноволосая. Духи предков обделили меня красотой, отдав ее целиком моему брату.

– Леди Ремильда! – раздался неподалеку задорный девичий голос. – Вы уже закончили?

Я улыбнулась. Моя камеристка Кэти уже поджидала неподалеку, наматывая короткие темно-русые локоны на палец.