Судьба принцессы

***

Спустя две недели ежедневных сеансов лечения появились первые внешние изменения.

Я собиралась на завтрак, когда ко мне в комнату весьма бесцеремонно влетел жених. Он был крайне возбужден.

– Рема! Посмотри на меня! – с порога воскликнул он. Я уже давно оделась, и Кэти уже заканчивала делать мне прическу. Мы одновременно повернулись в сторону двери.

Камеристка пискнула, но я попросила ее выйти. Она ускользнула в соседнюю комнату.

Шрам на лице Дэниса побледнел и выровнялся. Оставалась только тонкая розовая полоска.

Я подбежала к нему и провела рукой возле лица.

– А ну-ка, улыбнись! – велела я, дотрагиваясь кончиками пальцев до шрама.

Дракон улыбнулся, но лицо уже не походило на жуткую гримасу.

– Отлично! – я счастливо рассмеялась. – Думаю, осталось совсем немного. Вот только теперь нам придется все рассказать твоим родителям. Дальше скрывать уже невозможно.

– Звучит как-то двусмысленно, ты не находишь? – усмехнулся Красный. Я показала ему язык.

Родители Дэниса восприняли новость о скором выздоровлении сына совершенно по-разному.

Отец кивнул и коротко поблагодарил, мать упала в обморок, и ее пришлось приводить в чувство. День прошел в суматохе, что не помешало нам вечером провести очередной сеанс.

В следующий раз мы увиделись через трое суток – Дэнис уезжал по каким-то важным делам. О том, что он вернулся, я узнала из записки, переданной вечером Айреном. Серый выглядел загадочным и ужасно довольным. В записке говорилось, что жених ждет меня на привычном месте у озера.

Когда я вышла к воде, то застала там лорда Дэниса. Он стоял ко мне спиной, созерцая отражение заката в водной глади.

– Привет! – воскликнула я.

Дракон повернулся. Улыбнулся. А я просто потеряла дар речи. Видимо, запущенная мною регенерация продолжалась и без дополнительного вливания в последние дни.

Лорд Овальди стал удивительно красивым. И это даже если не сравнивать с тем, что было. Асимметрия лица выровнялась. Шрам полностью исчез. Покореженное веко восстановилось.

Только глаз, судя по всему, еще не видел, но это моего жениха уже совершенно не портило.

Сердце забилось чаще. Я судорожно выдохнула, не в силах вымолвить ни слова. Красный легкой походкой направился в мою сторону. И чем ближе он подходил, тем сильнее я смущалась. Еще три дня назад я воспринимала его скорее, как друга и пациента, а теперь все перевернулось с ног на голову.

– Здравствуй, Рема! – он подошел ко мне, а я почувствовала, как краснеют уши.