Мелодия Бесконечности. Книга вторая: «Симфония чувств». Том первый

Ей и самой необходима эта ночь: чтобы не потерять веру в то, что не все мужчины одинаковы, и забыть то, что случилось с ней по собственной же наивности, и предательство того, кого любила и в котором так жестоко ошиблась. Как «дядя» смотрит на свою женщину, так и ей хотелось, чтобы на неё смотрели так же. Чтобы любимый мужчина стал ей и любовником, и другом, и защитником, и опорой, чтобы никто и никогда не больше не поступал с ней так, как уже поступили. И ради такого мужчины маленькая японка будет готова на всё.

Поборов внутри себя сомнения, страх и стыд, девушка решилась, постучав в дверь.

– Я принесла поесть, – на пороге комнаты Марка стояла Мей, в руках у неё был поднос с ужином. – Разрешишь присоединиться? – сладко улыбнулась та, выжидающе глядя ему в глаза.

– А ты знаешь, чего хочешь, не так ли? – он прищурился и взял поднос из девичьих рук, поставив на столик рядом с кроватью.

– Ты же теперь мой липовый парень, помнишь? – девушка подошла ближе к нему, обняв парня сзади за плечи, и принялась медленно расстегивать пуговицы на его рубашке.

 – Или так тебе будет приятнее? – азиатка повернула растерянного юношу лицом к себе, и зрачки его серых глаз увеличились, став почти черными, а все мышцы на лице болезненно напряглись – прямо перед собой он видел лицо Маргариты.

– Какого… – он больно схватил её за руку, но внутри него боль была намного сильнее, нескончаемая раздирающая агония, эмоциональный коллапс. – Как ты?… Что это за трюк? Что это означает? – и сердце разрывалось от этой боли и бесконечных сомнений – азиатка всё больше заполняла мысли молодого человека, но и ту, другую, он не мог забыть, и это нестерпимо пекло изнутри огнем похуже адского.

Он был в полнейшей и абсолютной растерянности – чьё лицо он желал видеть сильнее? Чьи глаза и губы он хотел видеть сейчас прямо перед собой?

– Какой трюк?… – девушка испуганно моргнула, глядя на исказившееся лицо парня. – О чем ты говоришь?

– Чего ты добиваешься? – Марк повторно сжал тонкую руку японки, всматриваясь.

Может, ему просто показалось? Насколько же он ненормальный? Неужели он настолько больной, с разорванными в клочья нервами и душой, что ему уже мерещится? Теперь в его глазах были смятение и замешательство.

– Тебя, – напрямик выпалила она, сузив глаза. – Ты нравишься мне, я хочу тебя.

– В какую ты игру играешь, детка? – встряхнул девицу за плечи Марк – ещё ни одна женщина так откровенно не предлагала ему себя.