Мелодия Бесконечности. Книга вторая: «Симфония чувств». Том первый

Даже если бы она и была свободна, то никогда не полюбила бы такого, как он – созданиям Света и созданиям Тьмы не дано быть вместе. Что бы он мог ей предложить? НЕТ! Пустоты и боли нет там, где сияет чистый свет!

– Винтер, опусти стекла, впусти воздух в салон, и поворачивай в клуб, – распорядился Ондзи.

– Мы разве не домой едем? – его помощник был крайне удивлен.

– Можно и домой, если ты мне составишь компанию за бутылкой, – молодой мужчина расстегнул несколько верхних пуговиц своего камзола. – Я собираюсь сегодня хорошенько напиться.

– А есть повод? – спросил водитель, не оборачиваясь.

– Скажи, друг мой, ты любил когда-нибудь? – по-душевному поинтересовался азиат.

– О! Так ты собираешься пить из-за женщины? – хмыкнул собеседник, словно и так уже догадывался об этом.

– Я не знаю, что мне делать. Я запутался, – Ондзи ещё сильнее ослабил ворот и откинулся на спинку сиденья.

– Прости, но тут я не лучший тебе советчик – мне от моей любви и моей семьи остались только миниатюрный портрет жены в медальоне да прядь волос дочери, которую мы срезали в день её крещения, – его венгерский приятель не любил распространяться о своем прошлом, воспоминания о котором ревностно берег.

Собственно, воспоминания да медальон с женским портретом и детским локоном – это всё, что осталось от его прежней жизни, а потому тема эта требовала весьма деликатного обращения, ибо целью для него было не причинять лишних страданий приятелю, а утолить острую потребность в общении, потребность высказаться, поделиться с кем-нибудь и быть услышанным:

– Ну, это гораздо больше, чем есть у меня, – приветливо усмехнулся Ондзи.

– А как же она? – обронил Винтер.

– Что она? – мужчина изучал меняющийся за окном пейзаж улиц, утопающих в неоновой иллюминации рекламных вывесок.

– Ведь Лаура не просто так ими заинтересовалась, а она – одна из них, – пояснил венгр.

– Я не дам ей этого сделать, – быстро ответил Ондзи, продолжая смотреть в окно.

– И ты не боишься? Лаура будет в гневе, – Винтер живо представил себе физиономию злобствующей Лауриты и улыбнулся.

– Мне все равно, пусть хоть лопнет от злости, – махнул рукой азиат и закурил e2a433. – Она завидует, и есть чему – ей никогда не стать такой, не вызывать влечения у мужчин…

– Она только к тебе неравнодушна, ты же знаешь, – заметил Винтер. – Хранительницу она не пощадит.