Бешеное счастье некроманта

Скелеты выбрасывать или просто спалить?

– Кейт…

– Кейт… – неслось со всех сторон, пока я шла по коридору, помогая товарищам устроиться на новом месте, и копила негатив на Данте Праймуса, его зама Бендера и почему-то на Влада.

Да как этот загорелый грубиян посмел предположить, что я… Я! На минуточку, потомственный огненный маг с идеальной генеалогией, могу оказаться паршивым некромантом? Да как у него язык не отсох говорить такое?!

Из последней в коридоре двери выскочила румяная соседка.

– Кейт, я заняла для нас комнату! – крикнула провидица, хватая меня за локоть и втаскивая внутрь. – Посмотри, какие прикольные шторы – черные с черепами. Я проверила, в темноте они горят как ночник. А еще вот, глянь на эти милые цветочки на подоконнике!

Решка оставалась дружелюбной оптимисткой даже в шесть утра. Даже после бессонной ночи. Даже в убогой комнатенке с подозрительной флорой.

У меня невольно дернулось веко, зато голос остался привычно властен и спокоен:

– Это гибрид хищной росянки с… с…

Гибрид выкопал из горшка два длинных корня, уверенно поднялся на них и бодро прошагал на другую сторону подоконника.

– Да ырка ведает с чем! – закончила я, закрыла лицо руками и опустилась на единственный стул в этой махонькой клетушке.

– Успокойся, Кейт. Хочешь, займемся дыхательной гимнастикой. Методичка, которую всучил нам Бендер, и правда очень занятная…

Я растопырила пальцы и с укором глянула на провидицу.

– Решка, ты сейчас не помогаешь.

– Тогда идем завтракать!

Я не нуждалась в завтраке. Я нуждалась в душе и хотя бы пятнадцатиминутном сне. На худой конец, в парочке пощечин, чтобы хоть как-то прийти в себя. А еще в кофе. Можно сразу вкачать внутривенно.

Но спорить с Решкой, когда та уже вцепилась в тебя двумя руками и, кряхтя, пытается стащить со стула, оказалось бесполезно. Вот почему я встала, потянулась, улыбнулась мыслям о мести поганым некромантам и поплелась в столовую.

Лучше бы осталась в комнате с хищной росянкой и подремала прямо на стульчике.

В столовой царило оживление. Это самое оживление создавала орава молодых некромантов, вылезшая из своих пыльных углов и склепов ради любимого Мастера. Ребята, что покрепче (то есть одинокий Влад), двигали столы, соединяя в один, слабаки суетились с тарелками, одна крохотная и худая девчонка орудовала черпаком, разливая по тарелкам нечто белое.

Я принюхалась и скривилась.