Опасно быть студентом

– Что за…

Рассматривая мужской сапог гиппопотамского размера, я даже не сразу поняла, что сижу на куче чьей-то одежды, а черненький пушистый песик весело тявкает на всю округу в паре десятков метров от того места, где восседает хозяйка.

От созерцания чужой обувки отвлек внезапный всплеск воды. В первый момент в голову пришла паническая мысль, что кто-то не выдержал жизненных нагрузок и пошел топиться, а тут, как на грех, – я.

«Не полезу спасать! Пусть тонет, идиот!» – стало следующей мыслью.

Зато в тот момент, когда я все-таки повернула голову на звук и увидела пловца, по пояс стоящего в воде, внутри разлилась восхищенная тишина.

«Вот это да-а-а, – прошептали глаза, жадно следя, как крупные капли скользят вниз по идеальному телу. – И как только не мерзнет?»

– Зазнайка, – язвительный тон моментально привел в чувство, – никогда бы не подумал, что ты станешь за мной подсматривать.

Я почему-то растерялась и, мысленно обругав себя распоследними словами, отвела взгляд.

От позора спас внезапно выпрыгнувший из камышей щенок.

Бегая по кромке воды, воинственно подпрыгивая и скаля крохотные зубки, он принялся звонко облаивать стоящего в воде Хорста.

Воспользовавшись моментом, вскочила на ноги и одним четким движением сцапала неуемного песика.

– Попался, марафонец! – зло прошипела я, прижимая к груди вырывающегося из рук проказника, и пригрозила:

– Еще раз сбежишь – с позором верну тебя обратно! – На меня жалостливо посмотрели черными бусинками глаз и тихонько заскулили.

 – И не строй из себя несчастного! – возмутилась я, разворачиваясь, чтобы поскорее уйти отсюда подальше.

– Ангел!

Мне показалось, или голос Крысеныша раздался прямо за спиной? И точно! Повернувшись, вижу, как еще пару мгновений назад плескавшийся в холодной воде блондин оказался на берегу и теперь лениво повязывает полотенце в районе пояса.

– Ну? – очень вежливо спросила я, старательно глядя только в серые глаза.

И ни в коем случае не смотреть на то, что ниже!

А ниже были невероятно широкие плечи, мускулистые руки, рельефный торс, белое махровое полотенце…

Гребаный Скол, я сказала – не смотреть!

– Насладилась? – самодовольно улыбнулся Крысеныш.

– Не-а, – мотаю головой, вспомнив, с кем имею дело, и тут же беру себя в руки: – Покрутись, а то твоя противная рожа всю эстетику губит.

В этот раз блондин даже не скривился, просто как-то устрашающе сложил на груди огромные руки и сказал:

– Поговорить надо.