Несносное проклятье некроманта

Несносное проклятье некроманта

Маргарита Блинова

Некромант должен быть страшным.

Нет, он обязан быть ОЧЕНЬ страшным. И мрачным. И смеяться он должен ТОЛЬКО замогильным хохотом. Причем исключительно при виде диких конвульсий врагов.

А еще у некроманта обязательно должен быть посох (не путать с волшебной палочкой или метлой), конспекты и жуткая репутация с упоминанием минимум трех стертых с лица земли деревень.

Но Тессе попались какие-то исключительно неправильные некроманты. Мало того, что при их приближении трупы не начинают нервно дергаться, скрипеть зубами и отплясывать польку, так один из них полуорк, а другой – вообще эльф!

И все бы ничего, но угораздило влюбиться…

Маргарита Блинова

Несносное проклятье некроманта

ПРОЛОГ

– А я говорил! Я предупреждал, что ничем хорошим это не кончится! – голосом профессиональной истерички вопил эльф, прижимая к груди ритуальную чашу.

«Юноша прав, – подтвердил артефакт на моем запястье, – он действительно…»

– Заткнись! – в один голос прорычали мы с полуорком, украдкой выглядывая каждый из-за своего укрытия.

Мне выпала честь бочком прижиматься к мраморному кресту, эльф впадал в отчаянье за крошечным надгробием, а зеленый гигант согнулся в три погибели за статуей скорбящего ангела.

– Убить поганых некромансеров! – бесновались селяне, размахивая факелами и садовым инвентарем. – Выкинуть за стену!

– Сже-ечь! – настаивал местный батюшка.

– И надругаться! – требовала беззубая карга.

«Да мы ж по-быстрому: одна нога у ворот, другая на погосте. Что может случиться?» – процитировал артефакт… меня же и процитировал, гад такой.

– Ой, вот давай без этого, – поморщилась я и с укором глянула на руку, где таинственно мерцал самый вредный артефакт на свете. – Ты вообще помогать планируешь?

«А у меня штатная перезарядка!»

– У тебя штатное обострение ехидства, – буркнула в ответ и осторожно выглянула. – Парни, вы как?

Рычай, прикусив от усердия кончик языка, пытался ногой подтянуть оброненный мешок с честно (исключительно по его извращенной некромантской логике) награбленными костями.

– Отче наш, иже еси на небесах, – страстно шептал он. – Да святится имя твое…

– Эдвард, опомнись! – возмутилась я. – Ты ж некромант.

– И что? – оскорбился тот и даже глазами сверкнул. – Это не мешает мне быть истинно верующим…

Потом немного поколебался и добавил:

– В данную минуту.