Иридий. Про них шептался Космос

Зачем? У меня был весь второй этаж с веселящимися инженерами флота, чему я искренне радовалась. Все-таки не каждый вечер выпадает возможность послушать беседу пусть и пьяных, но невероятно умных людей.

Уж не знаю, как там «веселились» Тиван и компания, но обслуживавшая их Ринга почти весь перерыв прорыдала в подсобке.

Словно почувствовав мою неприязнь, Тиван дарит мне короткий взгляд и вновь поворачивается к детективу Снаю.

– На каких основаниях был отменен мой вылет? – требовательно спрашивает он, не скрывая раздражения.

О-о-о… А вот, по всей видимости, и причина слез Ринги. Кто же вытерпит, когда с ним в подобном тоне общаются.

Детектив Снай, который по возрасту годится молодому капитану в отцы, невольно морщится и с явным неодобрением смотрит на него.

Ох, сейчас старичок скажет Тивану пару ласковых!

Видимо, это же понимает и Алик Шир, поэтому спешит опередить своего коллегу по департаменту.

– Члены вашего экипажа подозреваются в нападении на Рокси Тайлз, – сухо информирует юрист, принимая огонь на себя.

 – Девушке удалось спастись лишь чудом…

Капитан с сомнением оглядывает меня и снисходительно улыбается.

– Вы всерьез полагаете, что девушка весом в пятьдесят килограммов может противостоять обученному солдату звездолета?

Я громко фыркаю и отворачиваюсь.

До чего же не люблю этих самоуверенных солдафонов! Возомнили себя королями Вселенной.

На защиту моих «пятидесяти килограммов» приходит детектив Снай.

– Свидетельница еще не закончила давать показания, поэтому у нас не было возможности восстановить ход событий целиком, – парирует он.

 – Но, как известно, человек в состоянии аффекта способен на многое.

– Да уж, да уж, – насмешливо цедит капитан Тиван. – В таком случае я с удовольствием послушаю историю о том, как миниатюрная официантка из бара смогла отбиться от якобы, – это слово он намеренно подчеркивает, – напавшего на нее солдата межзвездного флота.

Все присутствующие в комнате поворачиваются ко мне с явным любопытством.

– Да как-то само все вышло, – неуверенно пожимаю я плечами, тушуясь из-за столь пристального внимания к моей скромной персоне.

 – И, кстати, я вешу почти шестьдесят кило, – обиженно сообщаю я Тивану, и это его явно веселит.

Нет, в действительности пятьдесят семь, но в данном случае не грех и округлить в большую сторону.

– Великолепно, – язвительно цедит капитан. – Мой звездолет задержали на основании «да как-то само все вышло»…

Я со злостью стискиваю край больничной постели.