Печать Карателя

У стеклянной двери, ведущей в раскинувшийся за домом сад, Дариан притормозил, пропуская меня вперед, но едва я поравнялась с высоким парнем, тот резко, практически неуловимо качнулся вперед, уткнулся носом в мои спутанные светлые локоны и тут же отпрянул.

– Вы чудесно пахнете, – чуть смущенно улыбнулся он в ответ на мой вопросительный взгляд и опустил глаза. – Извините. Альфа велел вести себя рядом с вами достойно, но я не удержался. Еще раз извините.

Мы неторопливо вышли и побрели по садовой дорожке, выложенной белыми прямоугольниками, в сторону деревянной беседки.

Настроение было гадким.

Теша себя надеждой, что все еще может обойтись, и убивать волчонка не придется, я оглянулась назад. Из дома беззвучно выходила понурая стая с альфой Лиамом в первых рядах. Бурый уже взгромоздился на деревянные перила веранды и с упоением листал страницы комикса. Вот она, многогранность момента: кому смерть, кому горе, а кому и развлечение.

Дариан, идущий впереди, даже не понял, что я уже приступила.

Он пошатнулся, припал на одно колено, задышал глубоко, с легкими хрипами. На моей руке вспыхнули печати, а вокруг наших фигур, отрезая от внешнего мира, вырос золотистый купол света.

За спиной раздался коллективный восторженный вздох, а я попыталась увидеть себя глазами каннисов – коленопреклоненный Дариан перед маленькой девичьей фигуркой, объятой непостижимой мощью света. Красота…

– Трис, не сачкуй! – прикрикнул со своего места Бурый, каким-то непостижимым образом угадывая, что я оттягиваю неприятный момент.

Пришлось немного поспешно притянуть сознание Дариана и нырнуть в его воспоминания.

До того, как стать Карателем, я даже и не предполагала, какой бардак царит в человеческих черепушках! Все равно, что подняться на бабушкин чердак: сломанные вещи, хлам, коробки с не пойми чем, лыжи, на которых никто не катался, пыль, паутина и полумрак. Человеческий мозг, как та бабушка, тоже жил по принципу «ничего не выбрасывать», складируя в своей памяти обрывки фраз, осколки воспоминаний, образы, сюжеты, звуки, обиды, и все это, уже давно забытое, валялось в пыли, ожидая своего звездного часа, который чаще всего так и не приходил.

«Чердак» Дариана оказался таким, как я его себе смутно и представляла: светлый, теплый и располагающий. Заглядывать по углам и рыться в глубинах не стала, нужное воспоминание лежало на поверхности.

Полгода назад парень поступил на курсы по юриспруденции, и альфа начал отпускать его в город одного.