Эльвендор

Я подняла голову и прошла вдоль длинных столов, поднялась по маленькой лесенке на помост и села на трон, оглядела залу и не успела открыть и рта, как на столе стали появляться различные яства: глазунья с помидорами и мясной нарезкой, а также буханка свежего белого хлеба, нарезанного на равные части, кубик масла в белоснежной маслёнке.

Я взяла кусочек хлеба и откусила. Корочка захрустела и осыпалась, и я чуть не простонала от удовольствия. Изголодалась тут с этими сумасшедшими днями.

– Боги, вот это хлеб! – кажется, я произнесла это вслух, и глаза всё же чуть прикрыла, наслаждаясь вкусом, а когда открыла, поняла, что что-то не так.

Все мужчины, сидящие в трапезной, смотрели на меня. Больше шестидесяти пар глаз буравили мне лоб. Я приподняла бровь и пожала плечами, продолжая завтрак. Размазала масло на кусочек хлеба и чуть облизнула кончик пальца, что испачкался в масле, а потом поднесла к губам мякиш, но тут мою руку кто-то жёстко перехватил, не позволяя сделать укус. Я распахнула глаза, и увидела Драггона в сантиметре от моего лица. Он был в ярости.

– Ты чего? Руку убери, дай поесть, – попыталась вырвать запястье.

– Прекрати сейчас же! – его голос клокотал от злости и подрагивал, и мне показалось, что огонь в камине вспыхнул ярче, а в зале потеплело, нет, стало очень жарко и душно.

– Послушай, – я отодвинулась. – Вайя замучила меня, я хочу пожрать нормально. Шёл бы ты к своим исаи, лиар!

Ох, зря я это сказала, потому что Драггон распрямился и громким голосом отдал приказ, смотря на меня.

– Пошли вон! Все до одного!

Воины повскакивали и спустя мгновение зала опустела. Остались сидеть лишь стражи Лиалондора, и я усмехнулась.

– Что? Не все слушаются тебя, да, лиар? Рано ты возомнил себя королём, – я отклонилась на спинку деревянного трона и получала удовольствие, издеваясь над ним, но на самом деле не могла отвести глаз. С каждым днём этот заносчивый развратник волновал моё сердцечко всё сильнее. Я рассматривала его черный камзол, плотно стягивающий мышцы и накаченное тело.

Воротник рубашки закрывал ключицы и был застёгнут до самого горла. Одежда выглядела строго официально и важно, только его щетина и небрежно-растрёпанные волосы придавали некую пикантную остроту, и я знала, что скрывают строгие одежды. На этом моменте черный ящер подкинул в воздух свой клинок и с разворота кинул в стол, за которым сидели воины. Сталь вонзилась в деревянную поверхность рядом с рукой одного из мужчин.