Кровавая Месть

– Стыдно, не могу смотреть ему в глаза. Перед тобой-то стыдно, перед Маршалом и Вилли, а перед ним и подавно, – она удержала всхлип. – Ты видел меня? Я в зеркало на себя смотреть не могу, не то что позволить даже подумать о нем. Кто он и кто я? Раньше я была не красавица, а сейчас: без волос, со шрамами могу рассчитывать лишь на сожаление и боль в его глазах. К тому же, виновата я перед ним.

– Не красивую я бы не забрал из Терры. И стыдиться тебе нечего, Скай. Это не твоя вина, – брат пытался успокоить её.

 – Но я не понимаю, в чем ты виновата?

– Раньше я закрывала глаза и видела Аиррэля: его глаза, улыбку, губы. Видела нас вместе, вспоминала его прикосновения по телу, а сейчас – только их, ощущаю… Я пытаюсь, стараюсь, не хочу видеть их, но вижу. Боюсь, что буду целовать его, а чувствовать на себе их губы, их тела. Он не заслуживает, не должен, да и к тому же, – она взяла бутылку водки и сделала глоток прямо из горлышка, поморщилась и хрипло продолжила исповедь с надрывом в голосе: – Я убила нашего сына! Вельда сказала, показала мне.

Копия Аиррэль, такой красивый с голубыми глазами, а я убила его. Кто я после этого? Убийца! Эгоистка. Гореть мне в Аду. Так, что поминки у нас, демон. Сына я убила от того, кого люблю больше жизни. Нашего сына! Прав ты оказался, демон, прав. Как мне в глаза смотреть ему? Как себя уважать? Я удавиться хочу. Он ненавидеть меня должен!

У меня сердце кровью обливалось, я волосы на голове рвал, а как помочь ей не знал.

Она не подпускала меня, сторонилась. Как же я сразу про вельду не подумал? Могли ведь…Но я совсем забыл.

– Не говори так.

– Да и какая я мать собственно? Никакая. Потеряла я к себе всякое уважение. Ни гордости, ни уважения, ничего не осталось у меня. Ты только не бросай меня, демон, – она чуть привалилась на его плечо, снова сделала глоток, кажется, всхлипнула. – Я не переживу. Его я уже потеряла, как и ребёнка.

– Он любит тебя, Скай.

– Аир испытывает жалость и чувство вины, обманчиво думает, что любит. Но я благодарна ему за спасение и даже за эти чувства, – послышался тяжёлый вздох. – Он много сделал ради меня и для меня. Мне во век не расплатиться с ним. Я даже не могу ему предложить в уплату своё тело, – она засмеялась, в голосе слышались высокие нотки. Истерика и брызги слёз. – Да и кто захочет после них?

– Ты ошибаешься.

Я сжал челюсти со скрипом.