Вселенская мозаика, или Ген любви. Часть 1

– Да, уж, никогда не верил, в загробную жизнь, и вообще-то я больше материалист, образование способствует верить только тому, что можно потрогать самому.

– А я вот тебе и рассказываю реальный сон. И так для себя его перевела, что он мне хотел сказать, чего бы ни случилось не надо ничем глушить свои чувства, ни водкой, ни дурью никакой. Душа сильная, сама может справится, верить надо в нее, в Душу свою… Одурманенное тело-то творит глупости, и Душу нашу бессмертную впутывает, словно распинает.

А потом душа-то страдает и мучается. Сегодня на кладбище, когда уже закопали Артурушку моего, я на могиле его поклялась сделать все, чтобы второй мой сыночек не превратиться в животное как отец его.

– А что ж сегодня тогда … – он не успел договорить.

– Так не научили по-другому-то, только сегодня почувствовала как надо бы было, да-а, эх… Вот сегодня и расслабилась, с тобой выговорилась, спасибо тебе. Ну, все, ухожу. Спасибо еще раз и, парень, слышь, будь счастлив! – Марина резко встала и попыталась бодро зашагать, да не получилось, слегка покачиваясь она направилась к входу, а Андрей следом за ней, чтобы закрыть дверь в квартиру.

Да, для одного вечера многовато информации – Петрович словно душем прохладным облил, потом Марина вывалила дерьмо какое-то. Очень хотелось спать, что он и поспешил сделать, не убирая со стола и не приняв как обычно душ.

****

Максимус не отпускал руку Аринии до тех пор, пока они не оказались у выхода из Эполоцентра.

Всю обратную дорогу они бежали молча и целеустремленно, только переглядываясь и кивая друг другу, когда надо было одновременно повернуть по коридору или начать спускаться по лестнице.

Теперь можно было перевести дыхание и следовало бы принять как можно более спокойный вид. Иначе любой преподаватель мог легко почувствовать их смущенное состояние и понять, что они совершили нечто запрещенное. В случае необходимости учащихся могли обязать пройти сканирование их голографического тела, в котором записываются все события.

А этого нельзя было допустить – сорвался бы план Аринии, хотя Максимус где-то в глубине души уже начал желать этого и скорее всего обрадовался бы, если бы кто-то почувствовал их замысел.

Но, судьбе было угодно, чтобы закон нарушился. Они не встретили ни одного из Наставников, прошли незамеченными весь обратный путь. Улыбаясь друг другу вышли на улицу и медленно прошествовали в сад.