Наследник

Трогательные кустики с нежными бутонами мгновенно украсили ближайший пригорок.

Штурмбанфюрер СС и нынешний бургомистр поселения Ганс Хауптман поморщился. Он ненавидел это время суток. Казалось, что все достигнутое на этой планете и отвоеванное у местных аборигенов придется забирать снова. И где он отыщет ресурсы для очередной войны? Речь шла, прежде всего, о людских ресурсах. Поскольку всего прочего на этой планете было с избытком. А вот молодое поколение арийцев явно не оправдывало надежд кадровых офицеров, высадившихся когда-то в этом богом забытом измерении.

Будто в подтверждение его слов за спиной раздался вздох. Штурмбанфюрер поджал губы. Он знал, что услышит.

– Отец, ты не находишь – это очень красиво?

Ганс повернулся и смерил взглядом сына. Сделать это было непросто, поскольку тринадцатилетний мальчишка был как минимум на голову выше отца. Мягкие вьющиеся волосы парня не смогла исправить даже военная стрижка. Еще по-детски пухлые губы улыбались. Парнишка не мог оторвать взгляд от окна.

Штурмбанфюрер снова посмотрел на площадку перед домом.

Так и есть – растения, вытянув длинные стебли, увенчанные пушистыми цветами, похожими на разноцветные перья, покачивались уже у самого окна.

– Они живые, пап. Ты же видишь. Они говорят…

– Молчать! – резкий окрик отца заставил парнишку вжать голову в плечи.

Сегодня его сын перешел все границы.

Дверь в комнату распахнулась. Адъютант осторожно заглянул в комнату.

– Питер, где зондеркоманда?! Они что спят до сих пор?!

– Никак нет, – вытянувшийся в струнку Питер щелкнул каблуками.

 – Видимо сегодня аборигены начали атаку раньше. Посмотрите, герр бургомистр, солдаты уже работают.

Штурмбанфюрер перевел взгляд на улицу. Там группа людей в комбинезонах и с масками на лицах выжигала напалмом цветы и растения на площадке перед домом.

Мальчик продолжающий смотреть в окно не мог сдержать слез.

– Алекс! – отец отвесил ему пощечину. – Ты превращаешься в тряпку! Ты должен понять: враг использует любую возможность, чтобы влезть в душу.

Вспомни: что они сделали с твоей матерью?

Взгляд подростка стал осмысленным.

– Алекс? Неужели ты предашь наши идеалы? То за что мы бились все эти годы?

– Нет, отец я не предатель, – слезы на глазах у парнишки высохли.

– Тогда иди и учись. И проведи сегодня в спортзале на два часа больше. Мы должны быть сильнее их.

– Да отец. Я все сделаю. Извини… Просто не знаю, что со мной происходит сегодня.

– Хватит, – Ганс похлопал сына по плечу.