Капкан для саламандры

Лишь снял ледяной кокон с мертвого тела, тут же рухнувшего нам под ноги. И я решила присмотреться внимательнее к ней. Меня насторожило грязно-зеленое пятно на спине, между крыльев. Нагнувшись и оглядев его, не побрезговала даже ощупать и все поняла.

Бессильные злость и раздражение вновь затопили меня. Запрокинув голову, я прикрыла глаза и сделала глубокий вдох, пытаясь унять эмоции. Поздно переживать, да и голову вправлять на место уже некому.

– Флора? – заметив мое состояние, настороженно окликнул Матэмхейн.

– Вы никогда не задумывались, почему вокруг столько идиотов? – выдохнула сквозь зубы. – И почему отвечать за их действия в итоге приходится людям вполне здравомыслящим?

– Что вы нашли? – поинтересовался мужчина, становясь рядом.

Открыв глаза, мрачно посмотрела на него.

– У нее на спине рана.

Блондин склонился над распластанным телом и тоже не поленился залезть в рану руками.

– Похоже на «каменное копье». Довольно сильное, раз шкуру пробило, – заключил следователь.

– О да, – скривилась я, – это было его фирменное заклинание.

Мне достался внимательный взгляд.

– Вчера мы лечили медведицу от таких же ранений, нанесенных придурком, пожелавшим притащить мне в дар ее шкуру, – зло процедила я, чувствуя, что успокоиться все же не вышло. – И я подумала, что, если бедная потерявшаяся ящерица шла по своим делам, никого не трогала, а ее заметил придурок, пытающийся впечатлить трупами ненавидящую его женщину. И вот он, совсем не подумав, ударил ей в спину. На месте ящерицы я бы ему не только в лицо плюнула, – скривилась я.

Какой-то недоумок испортил практику всему курсу, карьеру двум преподам, обеспечил проблемами кафедру и академию, угробил редкую зверюгу, а сам счастливо сдох.

– Видимо, путы задели рану на спине, поэтому виверна взбесилась, – задумчиво заметил Матэмхейн.

– Вот, безмирье, – процедила сквозь зубы, яростно сжимая кулаки. – Прямо жаль, что этот идиот уже помер и не ответит за все сотворенное.

Неожиданно мне на лоб легла прохладная ладонь и по телу разнеслась волна холода, остужая и успокаивая. Внутри недовольно зашипели от чужого вмешательства, а я лишь удивленно оглянулась на мужчину.

– Спокойнее, Флора, – понимающе посмотрел он на меня. – Вы не виноваты.

Я поспешно отвела взгляд. Неужели меня видно насквозь?

***

Тело виверны мы забрали с собой – нужно же доказать чем-то, что это не я подожгла праздношатающегося адепта.