Смерть, отбор и котики

Или предполагается, что моя несравненная красота и ослепительный блеск украшений повергнут мертвецов в благоговейный шок, за время которого я успею всех упокоить?

– Возможность стать императрицей? – робко предложил он с вопросительной интонацией, но быстро все понял по моему взгляду. В каком именно гробу и саване я видела эту возможность и как глубоко готова ее закопать.

Еще раз нервно оглянувшись и поняв, что поддержки ждать не от кого (толстяк крайне усердно изображал занятость с остальными конкурсантками), мессу Сонбени оставалось лишь тяжко вздохнуть.

– Боюсь, месса, я не уполномочен решать подобный вопрос.

– А кто уполномочен? – спросила я, впрочем, уже представляя себе ответ.

– Лишь Император, – подтвердил мои опасения хлыщ.

– Как скоро вы сможете организовать мне встречу с ним? – обратила я на него тяжелый взгляд с намеком. С явным таким намеком, что могу и его отправить по тому же адресу, где видела возможность стать императрицей.

Ответить побледневший до зелени хлыщ не успел.

Пока все мы были заняты разговорами, деятельный жрец продолжал свое неблагое дело по выдергиванию девушек из родных миров. И как раз сейчас в пентаграмме очутилась очередная жертва божественного соглашения. Но такого от шестерки я не ожидала…

В центре вычерченного на полу круга дрожала хрупкая фигурка. Ничего не могу сказать, призванная была явно женского пола – длинная рыжая коса, аккуратное темно-зеленое платье довольно закрытого фасона.

Я перевела угрожающий взгляд на этого «представителя наследника», который наблюдал за происходящим с явным удивлением.

– Искренне надеюсь, что это какая-то ошибка, – заметила я с нажимом в голосе. – Вы же не собираетесь заставлять ребенка участвовать в этом… «мероприятии»?

– Я… я не… – заволновался хлыщ и потом и вовсе затрясся, когда глаза мои на миг вспыхнули тьмой.

Не знаю, какие у них тут порядки и брачные законы, но если наследник или кто-то еще потянет к девчонке руки, то у него отсохнет все. Не только то, что он потянул, но и то, что заставило его их потянуть.

Тем временем к жрецу подоспел на помощь толстяк, и они вместе принялись что-то объяснять испуганной рыжей, да с такими сладкими и одухотворенными лицами… Я бы на ее месте ни за что им не поверила.