Кармический бумеранг

Заведующая сделала шаг к лежавшим в ряд малюткам в тугих пелёнках, и обмерла, в бессилии облокотившись на косяк двери, – в воздухе из стороны в сторону качался только что рождённый малыш.

С трудом заставив себя не закричать, женщина разглядела полупрозрачный силуэт в длинной родильной рубашке, качающий на руках ребёнка. Вглядевшись, она узнала в нём умершую молодую роженицу, и… сознание оставило её.

Не такой как все

Подобно ветру, прогудевшему по мостовой, пронеслись двенадцать лет.

В небольшой светлой спальне, в мягком кресле, стоявшим у окна, откинувшись на его высокую спинку, полулежала сильно похудевшая, измученная постоянными болями заведующая родильным отделением городской больницы.

Зоя Александровна как врач, понимала, что смерть уже пришла за ней. Ей не было страшно – она давно, как только узнала о диагнозе – рак четвёртой степени, рассчитала дату своего ухода. Глядя в окно, она взглядом прощалась с ласковым майским солнышком, улыбалась деревьям и неугомонно щебечущим птицам, радующимся весне.

На кухне со звоном упала и разбилась чашка. Зоя Александровна улыбнулась, произнеся чуть слышно сухими губами: «Машенька сердится». Она уже давно привыкла, что умершая мамочка её приёмного сына (появившаяся в квартире сразу после того, как она забрала мальчика из роддома) ходит по квартире. Сначала ей было страшно чувствовать кого- то невидимого, видеть, как сами по себе открываются двери, качается кроватка сына, слышать смех маленького Дани, когда он один находился в комнате. Но понемногу она привыкла к соседству призрака родной матери её сына, и уже не пугалась, и судорожно не крестилась, когда встречалась, ставшим со временем видимым, призраком Маши, одетой в платье, что она сама ей и купила, чтобы было в чём хоронить девушку.

И сейчас, вспоминая прошедшие годы, Зоя Александровна винила себя в том, что когда-то, отдав всё внимание появлению Дани на свет, она не заметила состояния роженицы и не спасла её.

Со стоном вздохнув, женщина, уже в который раз, подняла глаза на висевшие на стене часы, – ждала сына из школы.

Хотя в глубине души была уверена, что он сегодня вернётся раньше, чем обычно. Стараясь скоротать ожидание, она стала вспоминать всё, что было связано с её приёмным сыном.

Зоя Александровна вспомнила то время, когда Даня был трёхмесячным малышом. Как-то подойдя к его кроватке, она увидела, что он внимательно разглядывает игрушечного клоуна, застывшего между безмолвных погремушек, подвязанных к верёвке над кроваткой.