Иная. Светлое Будущее

Подруга несколько минут с открытым ртом рассматривала это безобразие, после чего с умоляющим видом попросила подарить несколько работ для себя лично и для демонстрации студентам Академии Искусств, молодым педагогом которой она тогда стала. Сначала я жутко смутилась, ведь до этого момента никогда и никому не рассказывала о своем увлечении и уж тем более не показывала. Знали только родители и сосед Тимур, с которым я дружу с самого детства. Но потом, приплясывая от радости, отдала подруге несколько своих самых любимых творений.

Приятно все-таки, что мои картины не просто понравились, а произвели такое сильное впечатление!

– Ага, поторопись, сама убедишься, – с довольным видом произнесла Доминика, поворачиваясь к корзинке с цветами. – Какая прелесть!

Повторять еще раз не пришлось. Световой молнией я скользнула за ширму, сняла танцевальный костюм и принялась поспешно облачаться в заранее приготовленный вечерний наряд.

Академия Искусств – одно из немногих мест, где на праздниках и мероприятиях обязателен заявленный дресс-код, поэтому пришлось прикупить платье, туфли и даже серьги в цвет платья.

Подозреваю, что это не последние мои приобретения, учиться ведь три года предстоит. В повседневной жизни я, как и большинство землян, предпочитаю носить удобные унисекс-комбинезоны темных цветов либо простые костюмы в виде штанов и джемперов или футболок, из которых в общем-то и состоит мой скромный гардероб. Не считая десятка танцевальных костюмов, конечно. И обуви на каблуках у меня не было до сегодняшнего дня. Все имеющиеся балетки, туфли и ботиночки – на плоской подошве.

– Виталина, они живые! – удивленный возглас (хотя нет – ошарашенный вскрик) Доминики заставил улыбнуться. – И кто же этот сказочный принц? Твой знакомый?

– Не-а, – откликнулась я, погруженная в свои мысли. – Марсианин. Высокий, симпатичный, с белоснежной улыбкой и очень приятным голосом.

– Марсианин? Ты уверена? – изумление вперемешку с восторженным недоверием подруги я ощутила даже через плотную ширму.

 – Но марсиане не контактируют с женщинами других рас. И уж тем более не дарят подарки. Странно, очень странно. И очень интересно. Надо с этим разобраться и ректору рассказать.

Она говорила что-то еще, но я не слушала, ибо пребывала в состоянии дикого волнения и возбуждения. Рисовать я люблю так же сильно, как и танцевать. Хотя нет, даже сильнее. Танец для меня – это язык тела и души, передающий эмоции и чувства, а рисование – глоток жизни.