Иная. Выбор

Упускать не собираюсь, она будет моей. Нужно лишь подчинить воле собственные инстинкты. На время.

– И лишь под утро Дракон забрел в библиотеку и узрел древний фолиант, лежащий на столе. Фолиант был раскрыт. На пожелтевших страницах Дракон разглядел метку Черного Мага и ровно начертанные руны старинного предания. Предание гласило, что невинная юная дева превратится в Дракона, коль в ночь полной луны отдаст Черному Магу свое любящее Сердце.

Ее сердце заберу я. И невинность тоже. Моя девочка. Никому не позволю к ней прикасаться, она будет принадлежать только мне.

Все было бы гораздо проще, если бы не мой статус. Демонов статус! Чертов фриз!

– Руны вспыхнули и исчезли, унося с собою обман Черного Мага. Дракон взревел от ярости и боли. А затем взмыл в небо. Он должен спасти Аяну, и только Хранители Света могут указать Дракону верный путь… в обмен на его крылья.

Резкие удары ледяных стрел в затылок. Голоса ведущего почти не слышу. Нужно успокоиться.

Глубоко дыша, прикрыл глаза. А когда открыл, оказался в лесу. Вместе с блондинкой.

– Найди выход из Призрачного Леса, Дракон, – раздался тихий женский голос сверху, – переправься через Долину Страстей, не потеряв свою Душу, а затем спустись в Подземелье Хранителей Тьмы. Там и узнаешь, где твоя Аяна. У тебя есть ровно час. Через час начнется магический ритуал, во время которого Черный Маг, испив крови невинной девы с любящим Сердцем, превратит ее в пыль, а сам обретет бессмертие.

Невинная дева с любящим сердцем. Сможет ли твое сердце полюбить хейта? Дрожала ты не от страха, это я понял сразу. Увидел в зеленых глазах.

Вспомнив сверкающие радужки и хрупкое тело в своих руках, едва сдержался, чтобы не зарычать. Реакция на эту девочку переходит все границы. Мысли о ней вызывают жар, дикое возбуждение и исступленную потребность в разрядке. Не самое подходящее место для подобных воспоминаний. Нужно отвлечься и заняться поиском выхода.

Инстинктам плевать на доводы разума, природа берет свое. Не прошло и десяти секунд, как мысли снова вернулись к Виталине. Хочу сжать ее в объятиях. Впиться в пухлые губы и безжалостно целовать, пока хватит воздуха в легких, а потом, глядя в затуманенные глаза, овладеть отзывчивым телом и до потери пульса снимать напряжение.

Не знаю, как сумел продержаться столько времени. Как не сорвался, когда она оказалась у меня на коленях.