Чары зла и любви. Легенды Пурпурного Города

Ей хотелось открыть рот и полной грудью вдохнуть в себя поток образов, в котором мелькали хвоя, пожелтевшие листья и неприкаянный ветер, бродивший в золотистых кронах. Ей хотелось проглотить ягоды рябины, напиться всласть их горьким соком, чтобы он окрасил ее розовые губы в чернильный цвет. Ей хотелось, чтобы эти запах и вкус оказались внутри нее, словно выпитое рябиновое вино. Ей хотелось напиться им допьяна, осмелеть, подойти к призраку и зацеловать его своими чернильными губами, оставляя следы красного зелья на бледных щеках.

Тогда самые дикие ее сны стали бы явью.

Ничего этого, конечно же, не происходило. Эль чувствовала дурманящий запах осеннего леса, нежилась и потягивалась, как задремавшая на солнце кошка, а потом резко открывала глаза, каждый раз пугаясь, что, стремясь продлить наслаждение, просыпалась слишком долго. Ведь после пробуждения запах мгновенно улетучивался, а на его место приходило ощущение мертвенного холода. Но она боялась, что не почувствует и холода, ведь это означало бы, что в комнате, кроме нее, никого нет.

Но ее страхи были напрасны. Дух неизменно сидел на подоконнике и смотрел в окно, подставляя лицо лунному потоку, как люди подставляют к огню промерзшие на осеннем ветру руки. Как будто бы можно было согреться в призрачном тепле, которое исходило от серебряного диска.

Настороженный взгляд Эль застывал на прозрачно-белой фигуре, и больше девушка не шевелилась. Она успевала лишь плотнее закутаться в одеяло, чтобы переносить холод было легче.

В первые полгода была еще и слабость, а на следующий день головная боль, но со временем остался лишь холод. Впрочем, Эль было все равно – лишь бы Адриана приходила снова и снова.

После того, как Эль окончательно просыпалась, призрачная гостья приветствовала ее неизменным:

– Доброй ночи, моя хорошая.

Если Эль хотела ответить, дух прикладывал к губам палец, призывая ее к тишине. Так в молчании и странных монологах Адрианы и прошел первый год их встреч.

Наутро она толком и не помнила, о чем они. Что-то про старое кладбище и призраков. Про церковь, окутанную фиолетовыми сумерками. Про гроздья рябины, что варились в чугунном котле. Или ей это только снилось? Быть может, она видела эти образы в повторявшихся снах, предшествовавших полнолунию, а потом приходила Адриана и рассказывала то, что снилось Эль. А может, сама Адриана и посыла ей эти сны, пропитанные соком рябины и чьей-то кровью.