Безупречная смерть. Детектив

– Да что тут могло пропасть?! Тут нет даже телевизора!

– Ну хорошо. Может, что-то поменяло свои места, сдвинуто, лежит не в том порядке.

Даша, повинуясь, вошла в большую комнату.

– Да тут всегда был бардак, – прошептала она.

Большая комната была и правда большой. Тут стоял диван, большой полированный стол в углу, журнальный столик и несколько стульев. Поверх шоколадного линолеума лежал старенький ковер зеленовато бежевых тонов.

– А это что за древность? – Потапенко кивнул на стенку.

Там висело колесо, черное, местами проржавевшее, очевидно выпиленное от чего-то более целого.

– Это часть от швейной машинки прадеда. Антиквариат.

На диване грудой были свалены журналы и книги.

– А это что такое?

Потапенко подошел к журнальному столику. На нем стояли пустые пластиковые коробочки и два бокала.

– А это из-под салатов. Мы в Истре покупаем готовые, – Даша даже не посмотрела в сторону стола.

– Да нет же. Бокалы. Их два. С кем ваша сестра поехала на дачу два дня назад?

Даша посмотрела на бокалы и расплакалась.

– Я не знаю, она ничего мне не сказала. Тут все как было. Ничего не изменилось. Что вы от меня хотите?

– А это что?

Следователь указал на растерзанную игрушку на полу.

– Доберман. А где собака? – ее голос впервые оживился.

– Как так получилось, что собака не залаяла на чужого? – Потапенко и не собирался отвечать на вопросы.

– Не знаю я, не знаю!

Даша устало опустилась на диван.

– Давайте осмотрим тут все до конца, а потом оперативники вас отвезут домой.

– Это комната Шевчука, – она махнула головой на дверь, обтянутую черным бархатом. Встала. – Это бывший муж Аньки. Он приезжает иногда. А нам что, мы не против.

Комната была особенной, холодной. Большое окно выходило на север. Огромный, когда-то обеденный стол опять же был завален книгами, вдоль стен были сооружены полки для книг и альбомов.

– Тут все равно никто спать не мог. Холодно.

Свободные участки стен были обклеены картинками из плейбоя вперемежку с классической живописью и иконами.

– И он спит тут? – в голосе Потапенко зазвучали сомнения.

– Редко. Обычно идет спать наверх, в мансарду.

– А что там у вас наверху?

– Там моя комната, в которой я сплю, и танцевальный класс. Анька очень любила танцевать перед зеркалами. Она там себе балетную комнату сделала.