Имитируя визг

Простившись, я шмякнула трубку и наконец-то отправилась завтракать.

До «Гиганта» – самого крупного в городе дворца культуры, совмещавшего в себе функции кинотеатра, – мы дошли за десять минут. Половина бывшего класса уже стояла на крылечке. Почти все курили, а некоторые умудрялись совмещать это наивреднейшее для организма мероприятие с потягиванием пивка прямо из горла и приятельским щебетом, насыщенным пикантными матерными словечками.

Таня Грачева, с которой я тоже немного дружила, такая же безумно рыжая и веснушчатая, с неизменной косой до пояса, тут же подскочила ко мне и весело чмокнула в щеку.

– Юлька, ты все такая же! Только куртка новая. Красная, короткая – блеск! Я себе тоже хочу новую куртку! Ты же раньше не носила броскую одежду? – слова выстреливали из подружки, как из автомата пули, я за полгода, что мы не виделись, успела от этого отвыкнуть, потому сейчас недовольно морщилась.

– Теперь ношу.

Сама Грачева одета была, страшно сказать, в ярко-желтое полупальто со стразами и ядовито-зеленым кокетливо повязанным вокруг шеи платком, что в сочетании с вышеозвученными рыжими волосами, фиолетовой юбкой, белыми шерстяными колготами и самыми настоящими ковбойскими сапогами привлекало много больше внимания, чем если бы она просто предстала на улице голой.

Во втором случае прохожие одарили бы ее неодобрительным взглядом и прошли бы мимо, а сейчас одни из них боязливо оглядывались через плечо, суеверно перекрещиваясь на скорую руку, иные же впадали в молчаливый ступор. Впрочем, Татьяна знала, что действует на толпу обескураживающе, однако искренне считала, что сим обязана своей писаной красоте, которую я, кстати отметить, в ней не наблюдала. Впрочем, о вкусах не спорят.

– А-а. А я теперь пиво люблю. Хочешь? – Она сунула мне под нос початую бутыль «Клинского». Я отпрянула, ехидно заметив:

– Ты и раньше его любила.

– Да, но это еще давно было. Потом я перестала любить, но пила. Потом даже пить перестала.

А сейчас вот снова люблю и пью. Ой, ты столько обо мне еще не знаешь! Чего давно не заходишь? И опять ты хвост завязала, он тебе, между прочим, не идет!

Ну вот, убедились, что моя Таня – балаболка, каких свет отродясь не видывал? Подвергнув критике мой внешний вид, она принялась сплетничать, избрав в качестве жертв бывших одноклассников. Оказалось, что Сашка Усачев еще со школьной скамьи любит Машку Алексееву, и теперь они наконец стали встречаться.