Ученик

Дышать правильно мало кто умеет, задерживать воздух в себе и соразмерять вдох и выдох с ударами сердца – тоже.

– Ты должен научиться оценивать момент твоего удара таким образом, чтобы наносить его в тот момент, когда ты сам выдыхаешь – и удар должен достигать цели в тот момент, когда противник делает вдох и в его легких совсем мало кислорода.

Это не так сложно – если ты еще до того, как рядом с тобой начнут махать кулаками, сможешь установить ритм дыхания таким образом, чтобы твой выдох приходился на чужой вдох – половина дела сделана.

Но, конечно, если противников несколько – тебе будет посложней. Но, – запомни, – это все важно до тех пор, пока мы говорим о самом первом ударе – потом все меняется.

– Что именно меняется? – спросил он, чувствуя, что мало что понимает из слов Корейца.

Тот улыбнулся. – Ну-ка, расскажи мне, как обычно происходят у вас побоища, посвященные контрольным по математике? Кореец огляделся по сторонам.

– Я так понимаю, это все тут и происходит?

Он смутился.

Он почувствовал, как у него покраснели уши и щеки – и понял, что не сможет выдавить из себя ни одного слова. Но ему и не пришлось ничего говорить, потому что Кореец продолжал:

– Возьмем тех ребят, «велосипедистов». – Ну, которые хотели отнять у тебя рубль. Что ты сделал?

– Что? – переспросил он в замешательстве.

– Ударил первым. В той ситуации это было абсолютно правильным решением. Ты даже попал ему в физиономию, чем знаешь ли сильно его удивил, но потом? Что ты сделал потом? Ничего.

Ты просто стоял и ждал. Ты что, думал, что он повалится на землю от боли, и восхищенные зрители захлопают в ладоши? И что его дружки с перепугу разбегутся?

– Нет, – буркнул он. – Ничего я не ждал. Я не знал, что делать дальше.

– Верно. Ты просто не знал, что делать дальше. И я подозреваю, что та же картина наблюдается и в вашем школьном дворе. Ты ударил, тебя ударили. Примерно раз в пять минут.

Так или не так?

– Так, – ответил он. Он не отводил глаз от Корейца и слушал, что тот говорит ему и почему-то свое поведение – которым он так гордился: дать сдачи и ощутить, что никто не может тебя безнаказанно бить – начинало казаться ему глупым. Он понимал, что что-то делал неправильно раньше, и жадно слушал каждое слово. Он знал, что не забудет ничего из сказанного – и сможет прокрутить в памяти снова и снова еще не один раз.